Но больше всего Лабрина перепробовала различных зелий для обнаружения чужих мотивов и чтения мыслей. Вместо видений, однако, получала лишь серый туман, а глубокое чтение чужого разума требовало умения, поскольку напрямую задавать каверзные вопросы подозреваемым она не могла, а поверхностное чтение пользы не приносило.
Возможно, Лабрина просто не сумела воспользоваться этими средствами, а возможно… Возможно, в этом была чья-то злая воля.
Во время той единственной ночевки она пошла посреди ночи в заколдованную часть замка и попыталась использовать на дверях какое-то средство, которое ей советовали, чтобы увидеть, что происходило на конкретном месте – хотела раскрыть тайну трансформации помещений. Но получила противоположный результат – какая-то сила так отшвырнула ее к стене, что Лабрина едва не потеряла сознание, ударившись и рухнув на пол. Несколько дней после этого она пролежала в кровати с плохим самочувствием.
Тем не менее, Лабрине все-таки удалось обнаружить рабочее средство. В переулке, где в подполье работало различное магическое «отребье», как она его называла, ее как-то поймала старая грязная оборванка и всучила парный ярко-красный камень. У Лабрины почему-то от него инстинктивно волосы встали дыбом, но старуха, вцепившись в ее кожу ногтями, скрежещущим голосом сказала, что это то, что Лабрине нужно. Фаворитке пришлось отдать свои дорогие рубиновые серьги взамен этих стекляшек, но она уже так отчаялась… и что-то было в этой жуткой бабке. Она решила рискнуть.
Камень служил глазами и ушами тому, кто носил его пару. Можно было оставить его на месте, можно было поместить в любой предмет, но только если он уже не был заколдован. Лабрина не до конца поняла все инструкции колдуньи, пока не попробовала испытать новообретенное средство на портрете в одном из коридоров королевской резиденции. Камень растворился в полотне, когда она поднесла его к картине и произнесла нужные слова, и о нем напоминал лишь слабый красноватый отблеск в нарисованных глазах дворянина. То же Лабрина впоследствии проделала в коридоре старого замка перед дверьми в нужный корпус.
Она могла выходить на связь когда угодно, но предпочитала ограничиваться нужным временем, поскольку каждый следующий раз вызывал у нее все большую тошноту. Сначала Лабрина смотрела только сама, но затем, когда дурное самочувствие стало нарастать, поместила второй камень в зеркало, чтобы оно отражало то, что она видела как будто своими глазами – ей все равно требовалось, чтобы король стал свидетелем преступления. Это несколько затормозило развитие болезни, но…
Старуха не рассказала ей, что волшебное средство проклято. Когда-то камень принадлежал уже умершему королю вампиров, который с его помощью подсматривал за своей женой-ведьмой, и поймав ее на измене – убил, за что ее дух проклял его и талисман. Безнаказанность поощряла все сильнее, смотреть хотелось все больше. Потихоньку он высасывал жизнь из того, кто его использовал, делал его зависимым и одержимым. Лабрина как ужаленная вскакивала каждую ночь на протяжении этих месяцев и хваталась за зеркало, чтобы увидеть нужный коридор в нужное время, сидела все часы, а затем неудовлетворенная ложилась спать. Она не пропустила ни раза с того момента, как камень попал к ней в руки.
И наконец ей повезло. В один из разов она все-таки увидела, как Кадлер с Раэрент вошли в эти злосчастные помещения. Ликованию Лабрины не было предела! Поймала! Она тут же начала будить короля, ведь решалась ее судьба. Это была победа!
Но не совсем. На обратном пути Кадлер рядом с Раэрент не было. Что ж. Видать, у мерзавки имелись свои средства. Ну, в этом уже не ей разбираться! Лабрина перехитрила всех.
Король, конечно, предположил, что это чудачество, или есть какая-то разумная причина для ночных бдений рядом с крылом, но Лабрина в этот раз выложила ему все начистоту – все свои предположения, все, что удалось обнаружить, в том числе про возможные чары невидимости. И про шпионов. Она буквально вынудила его своим безумным состоянием послать за ними посреди ночи, выслушать их, а затем уже принимать решение.
Он поступил, как она хотела. Выслушал тех, кто успел приехать к утру, послал за Раэрент и одновременно вызвал магов.
Да. Она победила, оказалась права и раскрыла правду. Но так изрядно истрепала ему нервы, нарушила его распоряжение, что сделала Корунда настроенным крайне враждебно по отношению к себе. Но Лабрина в тот миг как будто бы перестала обращать на это внимание. Все говорила и говорила. Убеждала и убеждала.