«О чем мы думали? - с досадой промелькнуло в голове Кадлер. – Вообще ни о чем. А я? И правда, как маленькая. Дура».
Электробусы неспешно выехали за пределы академии и двинулись по улицам города. Толпа любопытных работников вещания к тому моменту уже исчезла от ворот.
Они ехали со средней скоростью, и Кадлер, погруженная в мысли, не сразу заметила вокруг разгорающийся шум и шевеления. Затем электробус остановился, водитель вышел наружу. Кадлер привстала и прижалась к окну, чтобы понять, что происходит. Остальные студенты тоже повставали, кто-то открыл окна.
Дорогу загородили столкнувшиеся повозки, одна лошадь лежала на земле, стонущая, повредившая конечность. Должно быть, колесо угодило в яму, оно же и валялось неподалеку. Видимо, кто-то сильно гнал или не заметил препятствия. Хотя дорогу, кажется, недавно ремонтировали, но в связи с активной торговлей она уже приходила в негодность. И другого пути, чтобы такая колонна могла проехать, в городе не имелось. Застройка была по-старинному узкой и плотной.
Водитель их машины ругался с хозяевами повозок и их служащими, нерасторопно собиравшими разбросанные по улице товары. Следом вышли и другие водители, а затем и охрана колонны. Да и людей на улице становилось все больше, местные жители подходили. Назревал конфликт.
Студенты потихоньку теряли терпение, недовольно переговариваясь.
Один из них выглянул наружу, крикнув:
- Скажите ему, кто едет. Пусть поторапливается.
- Сядьте, пожалуйста! – повелительным тоном попросил преподаватель, их сопровождающий. Студенты, недовольно бурча, присели. Кто-то поднялся с мест и стал прохаживаться по проходу.
- Походу, мы никуда не едем, - Амазония сложила руки на груди и сползла по сидению вниз.
- Портрет современности. Парень позади создал собственный электронный мир, а между тем впереди даже нормальной дороги ждать не приходится, - меланхолично изрекла Космина.
Кадлер усмехнулась и снова прислонилась к окну, наблюдая перепалку.
Что-то блеснуло сбоку, и она инстинктивно бросила туда взгляд.
На крыше двухэтажного здания сидел человек с оружием. Он целился прямо в них. Кровь отлила у Кадлер от лица, а живот скрутило узлом. Изо рта вырвались какие-то нечленораздельные звуки. Бросив непонимающий взгляд на подругу, Амазония посмотрела в окно, мигом уехала вниз на пол и заорала на весь салон:
- Стрелок.
Кадлер вжалась в сидение и тоже скользнула вниз. Немедленно раздался выстрел. Пуля - сначала одна, потом вторая – пробила окно, просвистев совсем немного над ее головой. Кадлер вскрикнула и закрылась руками, на них с Амазонией полетело разбитое стекло. Руки мгновенно что-то обожгло, но она от страха даже не сразу это поняла. Для двоих места между сидениями не хватало, и Кадлер скрючилась над подругой, пока Амазония держала ее мертвой хваткой. Одни студенты кричали, другие шарахались кто куда. Что-то кричал сопровождающий сквозь общий гвалт.
Все ждали. Но новых выстрелов не последовало.
- Никому не вставать до прибытия гвардейцев! – крикнул преподаватель в наступившей тишине.
Да никто и не собирался вставать. Студенты так и лежали, пока им не разрешили подняться. Кадлер шептала молитвы, ее всю колотило. Кто-то тихо плакал или завывал.
Только когда было позволено вылезти, Кадлер подняла руки и увидела, что они в крови, и несколько осколков воткнулись ей в кожу. Амазония побледнела, заметив это.
- Ты ранена.
- Н-нет, я… это стекло, - несколько осколков упало с ее волос, когда Кадлер отрицательно мотнула головой, и вдруг быстро коснулась руками щек, не разжимая ноющих ладоней. – А лицо?
- Все в порядке, - нервно заверила ее Амазония, затем крикнула преподавателю. – Есть бинты и вода? У Кадлер кровь.
Преподаватель тут же оказался рядом и осмотрел ее руки.
- Раны не очень глубокие, не беспокойтесь. Я обработаю, и у лекаря должна быть мазь. Следов не останется, - он принес аптечку и стал обрабатывать повреждения Кадлер, пока она сидела как в трансе, молча наблюдая за его манипуляциями. Амазония тем временем перелезла на ее место и всматривалась в разбитый проем окна.