- Воды? – поспешно спросил он.
- Вы хотите сказать… вы думаете… - ничего не замечая пробормотала она.
- Я думаю, что Цихан уже достаточно бед принес всем без исключения. То, что он показал нам в последнее время… я думаю, что Тарлеку будет лучше покинуть королевство.
- Но если так, Корунд… - она опустила голос до шепота. – Корунд не позволит ему уехать.
- Если вы правильно себя поведете – позволит.
Они остались сидеть в тишине, глядя друг на друга, пока слуга Тафета не сообщил, что герцогу звонят по срочному делу. Аседан с Калани расстались на натянутой ноте, попрощались сухо, и каждый остался неудовлетворенным.
Уезжала графиня с ясным осознанием, что за смертью мужа скрывалась тайна. Герцог так настаивал, чтобы она оставила это дело в покое – был ли в нем замешан король? Она не сомневалась, что да. Но что же могло там приключиться? И стоит ли ей проводить расследование?
А если бы она узнала правду – и та, конечно же, не понравилась бы ей – что бы Калани стала делать? Рисковать стоит, только если сформировать план, иметь надежный тыл. У нее ни того, ни другого не было, она даже не знала, к чему готовиться.
Но тайна была. Она продолжала изъедать ее душу.
Родители тем временем собирались в обратную дорогу. Отец по поводу и без отпускал едкие комментарии, мать сдерживала его «хотя бы ради твоих внуков». Калани старалась ничего не замечать – отцу трудно было объяснить всю драму, которая тут разгорелась в последние годы. Для него все было просто – он считал, что детей нужно было сразу отправить к ним, и Калани должна была приехать, а Балдрон, если хотел стать героем истории, должен был совершать подвиги в одиночестве. Улиу жалел ее, но с отцом не спорил – брат тратил последние совместные моменты, чтобы как можно прочнее утвердить в ней мысль о необходимости попрощаться с Асфирью.
Перед днем отъезда Улиу зашел к ней. Калани лежала на кровати на боку и лениво моргала, глядя в окно, на первые снежинки.
- Тебе что-нибудь нужно? – тихо спросил брат.
- Тишина была бы не лишней. И уединение.
- Не заражайся от отца. Поговори со мной.
- О чем?
- О своих мыслях, - брат сел рядом.
Калани перевернулась на спину и уставилась в потолок.
- У меня нет мыслей. Я вся превратилась в какой-то клубок… не знаю чего.
- Что я могу сделать?
- Поддержи меня.
- Как?
- Для начала, не считай меня идиоткой. Не убеждай меня в вещах, которые я итак знаю. Не говори, что я не чувствую то, что чувствую.
- Я никогда не ставил под сомнение твои чувства или мысли, я лишь хочу, чтобы ты помнила о здравомыслии. В твоем состоянии можно наделать дел.
- Балдрон умер не просто так. За этим есть какая-то тайна.
Улиу тяжело вздохнул.
- Ну, вот опять, - прежде, чем он успел что-то сказать, хмыкнула она.
- Даже если так, что тогда?
- Да ничего! Проблема в том, что стоит за этим секретом. Потому что наш отъезд зависит от этого.
Улиу нахмурился.
- Я не думаю, что…
- А я думаю. Думаю, если король в этом замешан, с его паранойей, мы застрянем здесь навечно.
- Он отпустил герцогиню. И генерала Алмазана. Да и Балдрон на хорошем счету.
- Сколько времени понадобилось для этого?
- Так я понял, ты и не рвешься уехать.
Калани вздохнула и отвернулась от брата на другой бок. Он положил руку ей на спину.
- Тебе не стоит знать. Знание ничего тебе не принесет.
- Говоришь как Тафет.
- Может, он прав? Пора оставить этот род, это королевство, в прошлом. И двигаться дальше. Ты осталась ради мужа – он умер. История закончена. Живи своей жизнью, а не их наследием.
- А Тарлек?
- Калани! Хотя бы попытайся все сделать к благу. И не добавляй себе лишних проблем. Тарлеку хватит ума… ради вас. Поверь мне. Подождите немного, умилостивите короля, и уезжайте.
Она промолчала.
- Калани! – позвал Улиу.
- Я сделаю, - тихо сказала она и накрылась одеялом. – Оставь меня.