Когда первые страсти улеглись, Калани отправилась к нему на прием.
Глава 4
Графиня сразу поняла, что король готовился. Неизвестно, правда, какого точно разговора он ждал, но крайняя сосредоточенность и сжатость Корунда подсказала ей, что он предполагал неприятный разговор и просчитывал все возможные исходы. Как и она, он знал, что разговор пойдет судьбоносный. Ни улыбок, ни смешков, ни благодушия.
- Вы хотели поговорить, мадам? – устало спросил король.
- Я хотела поговорить по поводу нашего отъезда.
Лицо короля немного расслабилось.
- Кажется, этот вопрос мы уже прояснили.
- Да, но в связи со складывающимися обстоятельствами я посчитала возможным поднять его снова.
- В связи с какими обстоятельствами?
- В связи с теми…слухами, которые ходят среди народа.
Корунд нахмурился, и круги под его глазами стали еще темнее.
- Слухами?
- О возможной смерти генерала. И о причинах, повлекших…
- Это всего лишь болтовня, - быстро ответил король.
- Тем не менее, она, как видится, привлекает ваше внимание. Поэтому я подумала, что, возможно, наш отъезд мог бы…
Корунд прервал ее, рассмеявшись:
- Эти слухи не прекратятся в любом случае, такова уж суть самих слухов, народа, да и моего положения. Но я благодарю вас за заботу.
- Тогда почему это так вас беспокоит?
- А что, я должен сидеть на месте и позволять им распространяться?
Калани не ответила, и Корунд всмотрелся в нее.
- Вы считаете также, - пробормотал он.
- О чем вы?
- Что я причастен.
Калани смутилась.
- Я не…
Корунд покачал головой.
- Этого можно было ожидать. Конечно.
- Я не думаю, - честно ответила она. – Но я… не удивилась бы.
- Я к этому не причастен.
- Хорошо.
Повисла пауза. Тупая. Надо было что-то сказать, только вот что именно?
- Как вашему сыну новая должность? – чтобы заполнить пустоту спросил король.
- Он… весьма… - Калани так и не придумала, как ответить, и король хмыкнул себе под нос. Графиня сдалась. – Хорошо, это не то, к чему он готовился, но, по-моему, так будет лучше. Для всех.
Король лишь неопределенно пожал плечами.
- Ваше величество, - он посмотрел на нее. – Сейчас народное внимание привлечено к другой трагедии, и наш отъезд можно использовать вам на пользу, как вы обычно и желаете делать. Покажите, что вы не настроены причинять нам зло.
- А если люди решат, что вы бежите?
- Вы полагаете, кто-то может посчитать, что вы бы позволили нам сбежать?
Он промолчал.
- Зачем вы… продолжаете удерживать нас? Вы построили собственный режим, свое королевство. Пора… расстаться.
- На чем оно построено, это королевство? – едва слышно поинтересовался Корунд, не глядя на графиню.
- На ваших людях. И ваших идеях.
- Которые регулярно проверяются на прочность такими, как те, кого поехал умилостивлять Бельгор? Монархические корни слишком сильны, мне нужны люди, вхожие в это сословие, - с горечью сказал он.
- При вашем дворе остаются представители старой знати.
- Но у меня не осталось никого такого уровня как вы.
- Я не мой муж.
- Но ваш сын…
- Мой сын… он пока держится в надежде, что мы уедем. Но с ним вы не сможете сработаться.
- Он может служить не мне, а своей стране.
Калани нахмурилась.
- Страна – это вы. Тарлек не сможет... Вы с ним слишком разные. Он может притворяться, но очень недолго.
- А как будто бы так не выглядит.
Этот спор начал выводить Калани из себя.
- Что же вы, и сына хотите у меня забрать? – она сдвинула брови.
- Об этом речи не идет. Но мне кажется, он хочет остаться, хоть и понимает правила игры.
- Вы его погубите, - вырвалось у нее.
- Нет, - заверил Корунд. – У него уже имеется история, но я проявил милосердие. И если он впредь будет вести себя надлежащим образом…