- Я мог положиться на Алмазана, но Глерлен вызывает у меня беспокойство. С ним должен кто-то быть.
- Если Бельгору вы доверяли, должны довериться и его человеку.
- Слишком важное это дело.
- Какое дело?
Король не ответил, вместо этого вздохнул:
- Мы с Шакадалом практически выросли вместе. Он был для меня поддержкой, когда никто в меня не верил. Когда мы только начинали, он был охраной всех моих действий. Все материалы, которые были мне нужны, опасные клиенты, первые заказы – все это было под его присмотром, я мог просто работать. А здесь – все иначе. Тут свой церемониал, какие-то нравы и правила, которые надо учитывать и которым надо неукоснительно следовать. Для него это чуждо. Я долгое время даже наградить его не мог и сейчас не могу – по достоинству, - потому что дворянин не может быть таким.
- Значит, пришла пора двигаться дальше.
- Вы поразительно вероломны, оказывается.
Калани нахмурилась.
- Шакадал знает, что вы ему простите что угодно. Пока будете держать его рядом, остальные будут сторониться вас. Это касается не только дворян, но и финансовой элиты. Им хочется всей этой светскости, статности, быть похожими на нас. И от грубых и агрессивных борцов они воротят нос. Вы сами это знаете. Если бы ваш главный партнер мог перестроится, у него появился бы шанс. Но он не может. И вам не дает.
- Я не могу его потерять.
- А что он вам дает, простите?
- Силовые методы – они никогда не теряют актуальности.
- Вашим силовым методом был Бельгор и Сапфар. Шакадал – это орудие устрашения. Вы уже всех запугали. Война окончена. Цепной пес для мирного времени не лучший спутник.
Повисла пауза.
- Я не могу… - король продолжил каким-то извиняющимся тоном. – Я не могу пока позволить вам уехать. Дайте мне время.
- У вас еще есть несколько месяцев, - настаивала Калани.
- Их может не хватить.
- И почему я должна жертвовать своей жизнью? – возмутилась она.
- По-моему, вам вполне неплохо живется.
- Я не ослышалась?
Король выпрямился.
- А в чем вы чувствуете нужду?
- Может быть, в безопасности?
- Кто вам угрожает?
Она сжала зубы. Внутри все клокотало.
«Черт возьми, мерзавец!» - как же ей хотелось все высказать… Графиня прикусила щеки изнутри, чтобы привести голову в порядок, но ярость гремела внутри нее.
- Я надеюсь… надеюсь, вы все-таки примете к сведению мое желание, потому что будет весьма досадно, если вы станете меня принуждать.
Он хмыкнул.
- Зачем вас принуждать, по-моему, то положение, которым вы пользуетесь здесь, вам самой доставляет удовольствие.
Калани покраснела от гнева.
- Если бы я знала, чего оно мне будет стоить, это положение!
- Верной службы, только и всего. Я полагаю, вы достаточно дальновидны, чтобы не брать в расчет несущественные обиды.
- Потеря мужа, по-вашему, несущественна?
Корунд вдруг замер и бросил на нее нервный взгляд.
- Я не имел в виду…
- Да уж право! С вашей предприимчивостью нельзя не пойти до конца.
- О чем вы? – Корунд как будто побледнел.
- Да ни о чем! Я надеюсь, вы не собираетесь нас похоронить также, как моего мужа.
- Я… - на таком моменте они обычно прерывались и заканчивали встречу. Она извинялась и спрашивала позволения уйти. Он позволял.
В этот раз Калани не спросила. Попрощалась и ушла. А король так ничего и не добавил.
Глава 6
Прошел месяц. Король все-таки отправил в княжества Глерлена, что вызвало в высшем военном командовании ощутимое недовольство. Впрочем, теперь Корунд занялся их делами самостоятельно, а Шакадал только лишь консультировал его и опять засел в своих подвалах.
Приехал Тафет, но ненадолго – помочь Корунду уладить кое-какие экономические вопросы. Калани хотела с ним встретиться, но герцог уклонялся всеми правдами и неправдами.
В своих расследованиях она и ее люди не преуспели. На месте трагедии не осталось даже головешки. Свидетели и неблагонадежные участники были мертвы, остальное сотворили участники тайной полиции, ближайший круг Шакадала, и записи, по-видимому, если и существовали, то хранились за семью замками. Разочарование сводило Калани с ума, она боялась, что если история будет продолжаться, рано или поздно, нервы ее сдадут, и она выскажет королю все напрямую.