- Святые небеса, что случилось? – ахнула графиня.
- Я прибыл по поручению хозяйки. Боюсь, произошла неприятность. У маленьких господ вышла перепалка.
Иара молчаливо вздернул брови. Калани кинула ошарашенный взгляд на дочь, неловко улыбнулась и извиняющимся тоном сказала:
- Я… приношу глубочайшие извинения. Заверьте герцогиню, что мы непременно во всем разберемся.
Мужчина поклонился и ушел. Иара тоже скрылся, ничего не сказав и оставив хозяйку с дочерью наедине.
- Как… как это понимать? – запнувшись спросила Калани. Кадлер упрямо смотрела в сторону и молчала. – Кадлер!
Без ответа. Калани присела перед девочкой.
- Поговори со мной, что ты делаешь? – настаивала мать. Но дочь словно была не в себе. Мать взяла ее за руку.
Тут у Кадлер полились слезы, и она закричала:
- Я все знаю, мама! Они убийцы! Они убили отца!
От неожиданности и шока Калани отшатнулась и едва не упала назад.
- Что?
- Я все слышала! Слышала, что вы говорили! Что они убили отца! Ненавижу их!
- Ты что… ты… пошла к ним с этим?
- ДА! Чтобы они знали, что они предатели! Нельзя было им доверять. Оставили нас один раз, оставят и другой. И Гел… такой весь из себя… добрый! А я дура! Дура! - она вцепилась себе в волосы и завыла.
- Кадлер! – мать попыталась обнять ее, но Кадлер вырвалась и побежала по лестнице наверх, едва не сбив брата.
Графиня со всхлипом кое-как поднялась, прижимая руку к сердцу, и присела на софу.
Тарлек спустился вниз.
- В чем дело?
- Она все слышала.
Сын застыл на какой-то миг, глядя в пустоту, затем тяжело опустился рядом с матерью.
- Думаю… - он долго размышлял над следующими словами. – Я думаю, она все равно узнала бы.
- Она объявила Тафетам об этом.
Тарлек ошарашенно воззрился на мать.
- Да, - горько хмыкнула она и опустила голову. – Устроила скандал прямо у них дома.
Тарлек молча уставился на нее, не зная что сказать.
- Думаешь… думаешь, они расскажут ему?
- Даже если не расскажут… их слуги расскажут.
Какое-то время они оба молчали, затем Тарлек едва слышно сказал:
- Прости меня. Это моя вина.
- Да нет. Это я инициировала этот разговор. И не нужно было ничего от тебя скрывать. Ты уже взрослый, - Калани слабо улыбнулась. Они посидели еще немного, затем она добавила. – Я должна поговорить с ней.
Графиня хотела встать, но сын удержал ее.
- Давай лучше я.
- Тарлек…
- Давай я. Это должен быть я.
Она неуверенно присела назад, а он встал, поднялся по лестнице и направился к Кадлер.
Сестра лежала в комнате на кровати пластом, уткнувшись в подушку. Юбка ее платья и волосы растрепались. Совсем не графская дочь. Тарлек бесшумно подошел к кровати сестры и аккуратно присел на край, положив руку на спину девочки.
- Кадлер.
- Отстань, - она резко повела плечами. Брат убрал руку.
- Давай поговорим.
- И ты все знал, - пробурчала она в подушку. – Все знал, и мне не сказал. Брат!
- Я не сказал…
Она резко повернулась против оси, села и уставилась на него огромными красными глазами. Маленький взъерошенный птенчик.
- Потому что я маленькая? Или потому что я глупая? Ты должен был мне сказать, я на тебя надеялась всегда! Папа и мама могут отталкивать, но ты… ты же мой брат! Я так надеялась, что мы с тобой в одной команде, что ты не считаешь меня какой-то полезной куклой, которую можно выставить, чтобы все гордились.
- Я не считаю…
- А ты! Тоже хочешь, чтобы я ходила и улыбалась!
- Я не хочу, чтобы ты ходила и улыбалась.
- Тогда почему скрыл?!
- Я хотел, чтобы ты была счастлива.
- Как я могу быть счастлива, когда все всё знают, кроме меня?
- Об этом никто не знал. И это осталось бы тайной.
- Тафеты знают. И Гел!
- Гел ребенок, как и ты. Он ничего не знает. И не отвечает за то, что сделал его отец.