- Тарлек...
- Ладно, пусть так. Считай, что я наивный идиот, - он отвернулся.
- Я не считаю, что ты идиот. Ты просто не понимаешь, что делаешь.
- Да уж конечно!
- Да, не понимаешь! – она резко поднялась и стала ходить по комнате, размахивая руками. - Мать не понимаешь! Я пытаюсь спасти тебя от участи твоего отца, Господи боже!
- Ладно, - разозлился сын. - Оставайся с ними один на один, следуй своим дурацким амбициям! Я уеду, и история нашей династии на этом прервется.
Тарлек тоже вскочил и демонстративно прошел мимо нее, задрав подбородок.
- Прекрати этот спектакль! – вскричала мать.
- Я все сказал по делу, - хмуро бросил юноша и вышел за дверь.
С тех пор они не разговаривали. Но Калани все равно инициировала подготовку к его переезду.
Тем временем приехал Улиу. Он прибыл по делам, а заодно - чтобы разрядить обстановку в доме: пытался наладить между матерью и сыном хоть какую-то коммуникацию, но - глухо. Больше всего ему было жаль Кадлер. Улиу старался любыми средствами подбодрить девочку и посвящал ей практически все свободное время, пока Калани и Тарлек вели молчаливую войну.
- Может быть, лучше бы и она с ним поехала? – однажды как бы между прочим спросил Улиу у сестры.
Калани сразу же вскинулась.
- С чего это?
- Она растет в нездоровой обстановке, и я боюсь того момента, когда вы с ней останетесь один на один.
- Что за глупости? Я ее мать.
- Ты знаешь, что она любит? О чем мечтает? С кем она сейчас дружит? Вы говорили про того мальчика, Геопала? Она очень переживает об этом.
- Его отец убил ее отца, это естественно. Ее чувства нормальны.
- Ей одиннадцать лет, она не может справиться с этим сама.
- Мы говорим… много… кажется, она все понимает…
- Понимает? – со вздохом повторил Улиу.
- Она рассуждает… здраво.
Улиу нахмурил брови и прямо посмотрел на сестру.
- Калани…
- Что Калани?! – вдруг с чего-то разозлилась она.
- Она ребенок.
- Я знаю!
- Поговори с ней, как мать. Утешь.
- Мы говорим! Я утешаю. Я просто не знаю… что я должна делать?
- С Тарлеком у тебя все идет на раз-два.
- Разве это похоже на раз-два?!
- Я имею в виду твою вовлеченность.
- Он проблемный ребенок! А она хорошая и умная девочка.
- Умная значит удобная. Она просто пытается минимизировать то напряжение, которое вы создаете. Но это не ее задача.
- Ты не понимаешь, с какими трудностями мне сейчас приходится иметь дело? – воскликнула графиня, хватаясь на голову. Только осуждения ей и не хватало.
- Я прекрасно понимаю, - мирным тоном заверил брат. - Но это твоя ответственность как родителя.
- Я не могу объяснить, понимаешь?! – выпалила Калани. - Она решит, что это король, и не сможет здесь нормально оставаться.
- Она в любом случае будет винить короля, потому что он виноват – косвенно. Но она потеряла друга, который не виноват.
- Виноват его отец!
- И ты так решила отомстить?
Калани метнула в брата ожесточенный взгляд.
- Что ты, дурак, в самом деле?
- А как иначе это объяснить?
- Я лишь хочу, чтобы наступил покой!
- Для этого надо прожить ситуацию, а не замалчивать ее. На Кадлер лежит непосильная ноша и в отличие от вас ей некуда деть переживания, она не может их выразить. Сейчас уезжает Тарлек, ее кумир. И ваша единственная связующая ниточка! Используй ее, пока это возможно.
- Перестань! – с надрывом воскликнула Калани.
- Но это так! – не сдавался Улиу.
Конечно, так.
Но она и этого не могла. Каждый раз думала, что должна что-то сделать для дочери, но не делала ничего. Ей казалось, если она откроет этот ящик, из него вырвется бездна неизвестного содержания и силы. Калани не была готова иметь с нею дело и потому каждый раз позволяла себе обманываться насчет состояния дочери. Прятала свои беспокойства в самых дальних уголках души. А отношения у них становились все более далекими. Дочь выросла, пошла в гимназию, поменяла друзей и интересы, и Калани предстояло познакомиться с новым человеком. Они обсуждали ее жизнь, но мать часто удовлетворялась дежурными объяснениями. Душа Кадлер оставалась для нее закрытой.