- У меня есть подозрение, что он Первоисточник.
- Кто? Геопал? - с сомнением уточнила Кадлер.
- Да.
- Ничего себе! Как ты пришла к такому заключению?
- Не знаю. Чем больше я за ним наблюдаю, тем больше думаю, что способ работы и решения похожи. Первоисточник я тоже изучила. И еще я стала следить за новостями о Лабрине.
- Ну, она любовница короля, если ты про чистку, - предположила Кадлер.
- Да, но там удаляются и те новости, которые ему вреда не нанесут. И новость о тебе… В общем, думаю, это сходилось бы.
- Ну, я тут скорее исключение. Возможно, Корунд дал другое поручение по мне, а Первоисточник трактовал его на свой манер. Да и с чего бы ему вообще мне помогать?
- Как бы сказать… - Амазония замялась и замолчала. Кадлер не поняла, к чему.
- В чем дело? – нахмурилась она.
- Ну… иногда… мы говорим о тебе.
Кадлер совсем смутилась.
- С Геопалом? Зачем?
Амазония пожала плечами, вздохнула, но не стала отвечать. Кадлер помотала головой.
«Какая глупость».
- Ну. Если так, спасибо ему, - как будто равнодушно затем ответила она.
Амазония продолжала внимательно смотреть на нее.
- Что? – недоумевала Кадлер.
- И это все?
- А что я должна сделать?
- Как-то сказать ему спасибо?
- Как-то? Мы даже не уверены, что это он, - опешила Кадлер.
- А если он стал работать со мной, чтобы мы на него вышли?
- Серьезно? Он выбрал тебя потому, что ты умница!
- Да, и он должен был понимать, что я его вычислю, если это он.
- Я не понимаю, какой в этом смысл, если это проект его жизни? Какая-то глупость.
- Все мы совершаем глупости. И он ведь не виноват в поступке его семьи, - не отставала Амазония.
- Он..! – начала было Кадлер, но запнулась. Нельзя болтать. – Боже мой! Ты об этом?
- Может, пора его простить? Король пришел к власти, и мы в итоге все ему служим. Так что его отец, хоть и предал вашу семью, и был с твоим отцом в момент его гибели, но Тафеты просто сделали раньше то, что потом сделали все остальные.
- Да не сделали! – воскликнула Кадлер, и выражение лица у нее стало жесткое.
Амазония удивилась ее реакции и уже тише добавила:
- Ты не сможешь двигаться дальше, пока не простишь. Вы все равно будете сталкиваться. Да и потом, гнев и ненависть, прежде всего, съедают тебя саму. А он, возможно, старается загладить вину. И облегчить ваше общее бремя.
- У него это не выйдет, - хмуро буркнула Кадлер.
- Потому что ты взвалила на него ту вину, которую его отец нес перед твоим!
- Потому что его отец убил моего, - резко ответила Кадлер.
- Вряд ли силы герцога сыграли в войне такую роль, - поспорила Амазония.
- Нет! Аседан Тафет в буквальном смысле убил моего отца.
Амазония удивленно поглядела на нее:
- Как это?
Кадлер прикрыла глаза и перевела дух, отвернулась от подруг, посмотрела на деревья за окном – начинался снегопад, сделала глоток из чашки, потом ответила:
- Восстания, в котором отец умер, не было. Это была провокация Шакадала. Им нужно было окончательно победить Ингуссалира, и они придумали такую вот постановку. Шакадал улучил момент и решил избавиться от отца. Герцог убил его.
Амазония открыла рот, и даже Космина выглядела пораженной.
- Почему? – после долго паузы севшим голосом спросила Амазония.
- Что? Убил?
Амазония кивнула.
- Я не поняла. Как будто отец попросил, но в чем логика?
- Боги… это… ужасно. Почему ты не сказала сразу? – прошептала Амазония.
- Потому что это королевская тайна. И из его смерти сделали культ.
- Мне… очень жаль, - тихо добавила Амазония.
- Да уж, - бросила Кадлер.
- Какие они все твари, - вдруг произнесла Космина задумчиво. – Сколько крови ради власти.
- И не говори.