- Волшебница. Она из того же мира, что и эльфы, Эаллондэ, и много сделала для него.
- Еще не хватало, - протянул король. – Как поведут себя эльфы, если узнают, что на них покушался кто-то из ваших, лишь бы свергнуть меня? Поддержат меня, или сочтут это знаком судьбы против моего владычества? В любом случае, вся эта ситуация подрывает мой авторитет. И в очередной раз из-за вас.
- Ваше величество…
- Отправляйтесь. Я пока не в состоянии здраво рассудить на ваш счет.
Балдрона отстранили от должности, и Корунд отныне не допускал его к себе. Граф ничего не знал о течении расследования и мог только догадываться, что происходит в подземелье. Это изводило его сильнее, чем если бы он там присутствовал.
Тем не менее, король сменил гнев на милость и позволил-таки графу встречу с сыном.
- Он хочет, чтобы вы выведали у мальчика сведения, - сказал Балдрону помощник. - Это ваш последний шанс перед тем, как с ним начнут обращаться… в соответствии с порядком.
Дожидаясь сына в комнате допросов, граф ощущал одновременно, что умирает, и что он никогда не был столь живым, как сейчас. Наконец они увидятся. У Балдрона сжалось нутро.
Мальчика ввели. Он исподлобья косился на солдат, а потом и на отца. Тарлек выглядел еще более осунувшимся и похудевшим. Ему явно не давали спать, и кормили плохо.
- Я уже сказал, что мне нечего сказать, - враждебно, но уже как-то надломлено произнес он сразу с порога.
- Сядь, Тарлек, - попросил отец. Сын не послушался, и охрана сзади подтолкнула его в спину, так что мальчик непроизвольно пошатнулся вперед, злобно оборачиваясь. Агенты посмотрели на графа. Тот слабо кивнул, и они вышли.
- Сядь, я прошу тебя, - тихо произнес отец.
Тарлек нехотя сел.
«Что ты наделал, сын?» - граф сглотнул.
- Тарлек, расскажи мне все.
- Мне нечего рассказывать, - он отвернулся.
Бледное жесткое лицо. Когда он стал таким?
«Нужно собраться», - напомнил себе Балдрон, судорожно сцепляя руки.
- Тарлек, послушай, то, что ты сделал… Это… ты даже… отчета себе не отдаешь…
- Я прекрасно знаю, что я сделал.
Граф шумно вздохнул и сказал уверенно:
- Ты под чарами.
- Я не под чарами, - жестко ответил мальчик. – Корунд хочет опорочить Ингуссалира. Ему это не удастся.
Балдрон задрожал сильнее.
- О чем ты думал? Ты понимаешь, что ты…
- Я вступился за правое дело, - Тарлек резко повернулся к отцу. – Я сделал все правильно.
- За правое дело? Ты вступил в повстанческое движение!
- Конечно! За настоящего наследника, - запальчиво произнес мальчик. - Я борюсь за то, чтобы вернуть наследие нашему роду.
- Тарлек, ты с ума сошел! Тебе четырнадцать лет, а ты совершаешь государственную измену. Тебя казнят!
- Изменять можно только законному монарху, а этот – узурпатор.
- Он муж королевы!
Тарлек едко усмехнулся:
- Инвалидки, предавшей родину и наследие? Она должна была предугадать, что все этим кончится. Да все, по-моему, предполагали!
Граф в ужасе схватился за голову. После минуты тишины, Балдрон постарался вести себя более рассудительно.
- Как ты… вышел на Цихана?
- Догадайся.
«Мой шар…» - с отчаянием понял граф. Да, Эндела связывалась с братом таким же образом. Но на зов других Ингуссалир не отвечал.
- Где… он сейчас? – граф прочистил горло.
- Понятия не имею, - хмыкнул мальчик.
- Не ври!
- Я не знаю! – закричал Тарлек. – Что вы хотите от меня услышать?! Если вы знаете, что он маг, значит, знаете, что его нельзя отследить! Никто никогда не знает, где он, он просто появляется. Ищите, цепные собаки, - на последней фразе он обернулся и закричал на дверь.
Отец выбросил руки вперед, желая схватить и остановить сына:
- Хватит! Тихо! Прошу тебя…
- Корунд его боится – и правильно, - продолжил мальчик, поворачиваясь к отцу. - Узурпатору нечего противопоставить законному наследнику.