Калани все пыталась придумать, как ей увидеться с сыном. Она часто пропадала в святилищах разных богов. Балдрон предпочитал думать. Думал и думал, как спасти сына.
«Чего же ждет король?» - разозлился однажды граф и вдруг испугался, что Корунд вскоре примет решение, и не в пользу его сына.
Переговоры с эльфами закончились, и они отбыли к себе с договоренностями – собирать отряды в помощь Асфири. Затем, когда все было подготовлено, подкрепление вступило в пределы королевства людей, чтобы общими усилиями вместе с королевской армией, возглавляемой Бельгором, выискивать бунтовщиков. Обнаружение логовищ при их содействии происходило быстрее, но теперь по всей стране стали происходить сложные столкновения с применением магии.
Эти события всколыхнули старые воспоминания в населении, особенно в пожилых людях, о былых днях, когда магия в Асфири была широко распространена. Знаменитые мастера ушли в поисках более благоприятных жизненных условий, при самых богатых подданных королевства остались в основном маги-целители. Маги средней руки иногда появлялись на ярмарках и фестивалях, но с появлением Корунда и они предпочли исход, следуя за прочими духами.
Хотя Корунд и надеялся, что проявление боевой магии напугает народ, оно имело обратный эффект – люди обратили свои думы к фантазиям, сказаниям о стародавних временах и порядках. Появление наследника-мага воспринималось как знак богов, и люди шептались о том, что, возможно, и правда свернули с истинного пути. Короля это несказанно раздражало, на него смотрели, как на виновника, хотя не его вина была в том, что династические правители лишились магии.
Корунд стал причиной бегства волшебных созданий – помощников, без которых жителям приходилось еще хуже в условиях перемен, принесенных новым правителем. Да и сама магия неизбежно напоминала о бесконкурентном преимуществе одаренного ею монарха.
«Хороший маг всегда лучше воина», - вот, как говорили.
Люди снова потянулись в дома богов, снова старались прибегать к магическим средствам в повседневности, тем более, что им угрожало волшебство.
Не то чтобы сражения часто происходили поблизости от населения – эльфам проще было прятаться на природе, и базы выбирались в лесах, - но король старался по любому поводу обвинить Ингуссалира, хотя тот уже открыто выступил против насильственных методов и даже использовал силы для защиты населения во время боев королевской армии и мятежных эльфов, что Корунда просто взбесило.
Так начался мирный поход Ингуссалира и его последователей по стране для совершения чудес.
Кое-кто, однако же, более радикальный, полагал, что зря Цихан не идет в своих идеях до конца, и потому примыкал к отколовшимся от него воинственно настроенным последователям и эльфам.
После раскрытия и опустошения одной крупной революционной ячейки Корунд неожиданно призвал Балдрона к себе. Тот, бледный и мрачный, но не потерявший надежды, предстал перед королем.
- Вы так осунулись, милорд, - заметил король. – Должно быть, нервы.
«Должно быть», - недовольно подумал Балдрон.
Король и сам выглядел не лучше, синяки под глазами выдавали бессонные ночи. Поговаривали, он стал одержим Циханом.
- У меня есть хорошая новость для вас, - сказал Корунд недовольно.
Он, видимо, ждал от графа реакции, на которую тот был не способен, но не получив таковой, все равно продолжил:
- Герцог Тафет, ваш бывший вассал, - если вам неизвестно, я жаловал ему Черноземье, - так вот он сообщил, что обнаружил на своей территории партизан…
- Аседан? – встрепенулся граф. Они не виделись с момента его предательства, Тафет где-то пропадал все эти годы, и про него было известно лишь, что он в техническом плане очень помог королю в завоевании. – Когда он вернулся?
- Незадолго до возобновления смуты. Так вот, вы меня не слушаете. Один неудачливый малый сдал всю шайку. Неумышленно, конечно. Но там была раскрыта целая сеть убежищ. Представьте себе, и Цихан объявился, а с ним и основная часть мятежников, как мы полагаем. К несчастью, у Тафета было мало людей, его разбили, а бунтовщики разбежались. Часть, правда, поймал патруль на границе с Эйнаареном, эльфы держат их в ловушке в лесах Стародрева. Им нужна помощь, так что я направляю им ее.