- Прошу прощения, в этом не было никакой тайны, так распорядился ваш дед, - устало ответил Балдрон.
- Я видела резолюцию. Но вы должны были мне сказать, когда я стала королевой! Вы отвезли деньги, когда я стала королевой!
- Я уверен, казначеи должны были вам докладывать. Но полагаю, на тот момент у вас имелись более важные дела.
Солана недовольно сдвинула брови:
- Мне это сильно не нравится. И это не похоже на честную совместную работу.
Граф удержался от колкости и лишь произнес:
- Прошу прощения, что не заострил ваше внимание на этом моменте.
Королева слегка расслабилась и спокойно добавила:
- Поскольку ситуация, как видите, разрешается наилучшим образом, я просила бы графиню инициировать процесс возврата денег под наше управление.
Балдрон пожал плечами:
- Прошу прощения, ваше величество, но перевозка казны была произведена с целью обеспечения безопасности, по крайней мере, членов рода в случае, если власть в стране окажется в руках узурпатора. Денежных средств в наличии на данный момент достаточно, чтобы некоторое время обеспечивать первостепенные нужды.
Королева сузила глаза. Граф, впрочем, взгляд выдержал. Солану бы сейчас никто из семьи не поддержал, сама она на открытое столкновение бы не решилась, а Корунда привлекать побоялась бы.
- И сколько это будет продолжаться? – недовольно спросила она.
- По меньшей мере, до тех пор, пока не будет наведен порядок.
- Это может занять несколько лет, как мы будем существовать?! Как нам производить преобразования, по-вашему?
- Подождем хотя бы несколько месяцев. Для преобразований рановато. И займы, которые МеНС дали нам перед войной, пока позволят осуществлять нормальную деятельность.
- Почему вы не боитесь, что Корунд захватит займы? – едко усмехнулась Солана.
- Потому что это деньги МеНС.
- Деньги, и деньги, - хмыкнула королева.
- Наши деньги, и деньги, обеспеченные МеНС – это разные вещи.
Она устало откинула голову на спинку кресла.
- Я знаю, - едва слышно вздохнула Солана. - Вы дали обещание моему деду. Но время распоряжается иначе, и нам надо смотреть вперед.
- Несомненно. Но желательно оставлять свой взгляд незамутненным.
- Думаете, я пребываю в иллюзиях?
- Думаю, вы слишком рано обо всем рассудили.
- Я искренне надеюсь, что вы измените свою точку зрения, - хмуро ответила она.
- Хотел бы я, чтобы что-то послужило к тому причиной, - Балдрон вежливо поклонился и вышел.
Ему с каждым разом все неприятнее было находиться рядом с ней. В официальной обстановке, тем более под влиянием мужа Солана снова становилась поверхностной куклой, колеблемой всеми ветрами, и проблески здравой мысли посещали ее все реже.
Надо было как-то удержать королеву от дурных поступков, и граф отправился к герцогине, чтобы рассказать о беседе.
- Я постараюсь убедить ее, что с казной стоит подождать, - ответила на это Соделия. – Но надолго это вряд ли поможет. Да и сам Корунд, я думаю, подсуетился в уговорах.
Балдрон помрачнел:
- Боюсь, как бы нас самих в итоге не выставили изменниками. Выглядим как смутьяны, которые увели казну у правителя на смертном одре.
- Не думаю, что Солана додумается до такого. А Корунд пока не решится. Но я думаю, он готовит нам ловушку, не понятно, правда, какую. И меня беспокоят новые чиновные лица.
- Ну, этого следовало ожидать.
- Да, - вздохнула герцогиня. - Но я не могу не принимать совершенно никого из его людей. С другой стороны, и постоянная конфронтация между нами не ведет к эффективной работе.
- Я знаю. У меня то же самое. Они все хотят по-другому, все делают по-другому. А армия наша… - граф оборвал и поглядел в окно.
Солана продолжала выступать за включение людей Корунда в состав стражи из-за усиливающегося напряжения среди населения королевства, что означало, что в защиту городов должны были войти наемники. Это вызывало бурное неприятие со стороны членов королевского дома.
Однако произошел инцидент, склонивший чашу весов не в их пользу.
Прямо на городской площади в столице был убит граф Прадот. Это событие буквально потрясло страну. На членов королевского дома еще никогда не покушались, тем более так успешно и так открыто. Микроклин вообще представлял собой странную цель, учитывая, что он остался верен короне и стоял за нее, несмотря ни на что. Битва на переправе сделала его народным героем, в своем роде. Все знали мнение графа Прадота касательно окончания войны, и потому его смерть взбудоражила людей. Подозревали короля, требовали расследования.