- Тарлек, - мягко позвал отец.
- Нет, отец, - мотнул головой мальчик. – Я не стану.
- Тарлек, послушай, - устало призывала Калани.
- Нет, нет. Это совершенно невозможно! Я не буду этого делать.
- Сын, ты должен, - сказал с надрывом отец.
- Я не собираюсь сдаваться! – вскричал мальчик, вырываясь от матери.
- Ты не сдаешься. Ты защищаешь свою семью.
- Мы все потеряем, отец. Разве это не значит проиграть?
- Иногда нужно проиграть, чтобы выиграть, - мягко сказал Балдрон.
- Я не понимаю!
Мать вывела дочь, оставив графа разбираться с наследником наедине.
- Сын, - Балдрон пересел на софу и жестом предложил Тарлеку присоединиться, но тот не сдвинулся с места. - Ты уже взрослый мальчик. Однажды тебе придется взять ответственность за семью на себя, и ты поймешь, почему то, что мы сейчас делаем – необходимо. Чтобы сохранить наследие, мы должны выжить.
- Ты же учил, что честь дороже жизни?
- Сейчас спастись – значит сохранить честь.
- Почему? – мальчик присел рядом с отцом.
- Потому что сражаться дальше означало бы бессмысленную гибель. Наши идеи уходят в историю. И мы бессильны изменить это.
- Но мы не одни. Есть люди, которые нас поддерживают. Борются!
- Они борются за себя. Мы совершили ряд действий, предав доверие населения. Они теперь сами за себя.
- А как же люди?
- Люди… - Балдрон вздохнул. – Люди теперь сами определяют свое будущее.
- Но ведь мы же законные правители!
- Уже нет. Время идет вперед. Все меняется.
- Это все он виноват! – начал заводиться Тарлек. – А если…
Балдрон улыбнулся и потрепал сына по волосам. Тот недовольно отклонился в сторону.
- Мир изменился, сынок. Дело не только в короле. Маятник перемен уже запущен.
- Это невозможно. Все же было так хорошо! - сын погрустнел.
Отец взял его за плечи.
- Тарлек. Мы не разрываем связь с Асфирью, и это не лишает нас прошлого. У нас есть целая история. Мы всегда будем королевским родом, который основал эту страну. С документом или без, этот факт не изменится. Мы создали Асфирь.
- Именно поэтому мы и не должны отрекаться! Это наша страна. Мы не можем оставить ее чужеродному захватчику!
- Мы отреклись от людей, они отреклись от нас. Теперь никто не остановит нашего отречения. Корунда приняли… Примут... Для нас - либо отказ от наследования, либо смерть. Наша смерть никому пользы не принесет. Знаешь, что бывает, когда слабая лодка борется с течением?
- Ее сносит, - Тарлек задумался. - Но вдруг в будущем кто-то захочет, чтобы мы вернулись?
- Именно поэтому мы и должны выжить. Чтобы наша линия не прервалась.
Чудо, что Тарлек сам подал идею, как себя уговорить. Графу полегчало, когда он увидел, как мальчик мучительно осмысливает его слова, как его лицо проясняется, как сын решительно кивает.
- Хорошо, отец. Во имя нашего рода я подпишу отречение. Но никогда не забуду, кто мы. И как только представится возможность – верну то, что наше по праву.
Балдрон довольно кивнул.
- Ты умница, сын. И ты должен знать, что я тобой горжусь.
Сын просиял. Это были первые моменты его радости за последнее время. Тарлек направился к столу, чтобы подписать бумагу.
Балдрон направил их отречения с гонцом.
Во время присутствия короля в столице ему на официальной церемонии всеми верными вассалами королевства были принесены клятвы, а также был издан указ о переходе их в сюзеренитет короны. Отныне в Асфири появилась единая королевская армия.
Больше месяца МеНС не давали реакции на то, что им сообщил посол.
В Ашкендале, восстанавливаемом и охраняемом с особым усердием, тем временем возобновились званые ужины, приемы и балы. Так старались завлечь население и убедить всех, что дела налаживаются, и в стране снова царит сильная власть. Членов королевского дома всюду приглашали хозяева, изначально лояльные к Корунду, поскольку достаточно денег на кутежи оставалось только у них. Не испытывая желания видеть недавно опальный и фактически поверженный королевский род гостями, они вынуждены были делать такие приглашения ради укрепления власти своего короля. Несмотря на косые взгляды и перешептывания, партии продолжали разыгрываться. Мало встречалось довольных лиц, все больше кислые выражения.