Но вот все эксперименты и отработки методики подошли к концу, и подготовка была окончена. Тело Иллианы размещено на алтаре, моя магическая энергия вливается в ритуал и я вкладываю Камень Души в подготовленную для него нишу. Новый такт заклинания, и временное вместилище сущности эльфийки рассыпается прахом, а сама сущность устремляется в ждущее её тело. Магия ложится нерушимыми скрепами, вновь сплетая воедино то, что было когда-то разъединено. Сероватая, изрезанная «техническими» швами кожа под воздействием чар начала разглаживаться и наливаться давно утерянными красками, а швы — затягиваться и исчезать. Задеревеневшие мышцы стали расслабляться, вновь возвращая себе былую гибкость. Прошла минута, другая — и душа воительницы уже надёжно срослась с телом. Сияющие кроваво-красной дымкой глаза распахнулись, и первая в этом мире Тёмная Охотница… судорожно вдохнула. Впервые за две тысячи лет.
Иллиана Воронья Ольха, там же.
Сознание словно плыло в водах океана, чёрного, непроглядного, будто в штормовую ночь новолуния, когда ночного светила не видно на небе, а свет звёзд закрыт тучами. Такова была плата за её глупость — вечное проклятие, существование между Землями Теней и тварным миром. Вероломный принц убил её и привязал душу к мёртвому телу, превратив в нечестивого голема, слепо повинующегося вложенным командам. Даже в те часы, когда её сознание поднималось на поверхность, она не могла ничего сделать — её тело тоже предало свою бывшую хозяйку. Всё, что она могла — это биться в бессильной агонии и ярости, наблюдая, как ветшает её некогда прекрасный и полный жизни город, как зарастают кустами и деревьями брошенные и покинутые дома, улицы и анфилады. И осознание того, что она так и будет бродить среди руин до скончания веков, ввергало в отчаяние, пока милосердная тьма и забытьё вновь не охватывали сознание… до следующего раза. Ни забыться, ни сойти с ума, ни, тем более, окончательно умереть она не могла, и пытка, длящаяся уже целую Вечность, возобновлялась вновь.
Всё изменилось, когда её мёртвая оболочка напала на кого-то… на что-то. Он был одновременно похож и не похож на кал'дорая, но вот ощущение от его энергии, восприятие которой она обрела взамен утраченной жизни, было особенно неправильным. В чём именно эта неправильность состоит, Иллиана сказать не могла, но это было и не важно, ведь его окружали настоящие демоны.
Демоны вновь пришли в этот мир.
Всех сил её порабощённой оболочки и того монстра, в которого подлец Тортелдрин превратил тело её верной подруги Ферры, обрекая несчастное животное разделить мучительное проклятие, постигшее хозяйку, не хватило даже на то, чтобы оцарапать незнакомца, а потом... Одно странное заклинание с его стороны, и наступили блаженное забытьё и покой, но… они не были долгими. В какой-то момент она почувствовала удушье и судорожно, с хрипом вздохнула. Воздух вновь наполнил лёгкие, принося с собой давно забытое чувство и напоминая, насколько сладким он может быть. Ощущение жёсткого камня под спиной сильно сбивало, но было оно во много раз лучше, чем любая мягкость шёлковых перин, на которых она когда-либо лежала. А ещё зал был наполнен магией. Злой, холодной, отдающей чем-то зловещим, но в то же время такой... приятной.