К сожалению, ветер не способствовал осуществлению нашей мечты. Потихоньку, день за днем он заходил все ближе к S, а чтобы идти в бейдевинд, нужен курс к ветру 35° и более, иначе стаксель перестанет работать. Это только на суперсовременных гоночных яхтах можно идти под углом в 17° к ветру, а на таких «семейных коровах», как наша «Педрома», 35° — предел возможного. Но даже это называется «идти на ветер». Уже недалеко, всего в тридцати милях от «святых» островов, ветер зашел с SSE, и нам пришлось уклониться ближе к W. Я даже сделал попытку, запустив двигатель, идти круче к ветру, но без работающих парусов скорость была очень малой. Острова проскользнули мимо. Разочарование наше погодой было глубоким. Не повезло. А я так мечтал хвастаться, что был на островах, которые в бытность мою капитанскую приходилось обходить за 200 миль — такая рыболовная зона Бразилии. Заход в эту зону, даже мирный безостановочный проход через эти воды, грозил снятием с капитанской должности. Никто из моих друзей-однокашников не видел островов Св. Петра и Св. Павла, и уже никто из нас не увидит. Последний шанс, отпущенный небесами, был забран теми же небесами, пославшими ветер с SSE вместо нужного нам SE — разница между этими румбами всего каких-то 20 градусов. Пришлось прокладывать курс на следующий бразильский остров — Фернандо-де-Наронья.
Черная чайка (может, она принесла «неправильный» ветер?) схватила наш рыболовный крючок с пластиковым кальмаром. Мы с тревогой смотрели, как леска взвилась вверх, и думали: покалечим птицу, погибнет ведь потом. Но она каким-то образом сумела освободиться от крючка, и мы были рады, как дети. Маленькая, но радость. На следующий день огромный супертанкер пересек наш курс в полутора милях. Я связался с ним по УКВ. На мостике оказался русский штурман. Немного поболтали на родном языке. Тоже радость.
Первого декабря после обеда мы увидели красочную «голову» острова Фернандо-де-Наронья и вскоре отдали наш уставший от безделья якорь.
За четырнадцать суток прошли 1300 миль, средняя скорость получилась 3,8 узла. Далеко до «Катти Сарк», но из разных литературных источников мы знали, что другие яхты, более современные и намного больше нашей 22-летней «Педромы», проходили этот путь за те же 13–14 суток. Расход воды был 8 литров в сутки на двоих. С нашими запасами, которые мы взяли на Кабо-Верде, мы могли бы прожить в море еще двадцать суток. Но мы были уже на бразильской земле. Задолго до нас, еще в 1504 году, сюда ступил первый европеец — португальский капитан Fernando de Naronha. Остров небольшой — всего 25 квадратных километров, с XVIII века служил тюрьмой. Ее закрыли совсем недавно, после свержения военной диктатуры в 1985 году. (21 год Бразилией правили генералы вместе с ЦРУ). Мы побывали в музее. С 1920 года до закрытия тюрьмы основными «жителями» камер были коммунисты. Кто только из властьдержащих не стремился уничтожить их, но нельзя убить прогресс. Точно так же в Древнем Риме императоры старались растерзать новых христиан (эта религия вначале была очень даже прогрессивной, так как отвергала иудейскую идеологию поклонения золотому тельцу). Вокруг цитадели-тюрьмы мы насчитали шестьдесят старинных пушек, на одной из них сохранился год отливки — 1713. У меня, человека глубоко мирного (я в жизни никого не ударил), вид техники для уничтожения людей — самолетов, танков, пушек — вызывает отвращение, несмотря на казалось бы красивый дизайн этих смерть несущих предметов. Даже взрыв атомной бомбы по-своему красив. В моем архиве есть фотография взрыва первой американской бомбы на атолле Бикини. Всего за 15 лет там было взорвано 23 бомбы. На переднем плане — зеленые пальмы, легкие строения, а сзади — огромный красивый «гриб», смахивающий на боровик, только несущий смерть миллионам людей. Не так давно военный министр Японии заявил: «Хорошо, что США сбросили бомбы на Хиросиму и Нагасаки, иначе Советский Союз захватил бы Японию».
Мы прогулялись по поселку. Дома в основном предназначены для туристов, на каждом есть вывеска «Posada» — в Латинской Америке это слово обозначает маленькую гостиницу. Туристов прибывает много. На второй день нашей стоянки на рейд острова зашло большое пассажирское судно с 600 бразильцами и бразильянками. На берегу моря среди живописных скал мы встретили одетую по-пляжному молодую пару с европейскими чертами лица. Они были настолько белыми, что я невольно спросил: «Вы из Норвегии?» — «Нет, — засмеялась девушка, — мы бразильцы, только живем на юге страны далеко от моря. Целый день сидишь в офисе, нет времени для загара. Вот мы и приехали сюда отдохнуть и загореть». — «Будьте осторожны, — посоветовала Гина, — не сгорите». Девушка широко улыбнулась и показала флакон с кремом.