Энциклопедии говорят, что официальные карнавалы когда-то зародились в Италии. То, что у католиков называлось carnevale (прощай, мясо — пост), здесь, у черных рабов, верующих в своих африканских богов, ни имело никакой связи с христианством, хотя церковь и пыталась присвоить себе право контроля. Мулаты и негры просто выходили на улицу, образовывали группы и шли по мостовым, пританцовывая под звуки африканских барабанов. Постепенно это развилось в более организованное представление, но не для праздных белых, а в свое удовольствие.
Ныне в Бразилии есть два типа карнавала. Первый — более естественный, сохранивший традиции прошлого века, когда группы людей, одетых в чудные карнавальные костюмы, фланируют по улицам, периодически останавливаясь для танца. Впереди на открытых автомобильных платформах сидят джаз-банды, а рядом с музыкантами выплясывают полуобнаженные мулатки, вместо лифчиков на грудь у них нанесена разноцветная краска. Тротуары заполнены жителями города и многочисленными туристами. Места на балконах первых и вторых этажей проданы за высокую цену богатым белым. Три дня и четыре ночи идет карнавал, обычно в конце февраля — начале марта. Это — Сальвадор, где мы три вечера любовались феерическим праздником; именно в этом городе давным-давно зародился бразильский карнавал, а затем в 1877 году пришел и в Рио-де-Жанейро.
Второй тип карнавала — в Рио. Здесь, в бывшей столице Бразилии (кстати, Сальвадор тоже был столицей с 1549 по 1763 год), такой большой наплыв туристов с толстыми карманами, что карнавал поставлен на «индустриальную», по примеру США, основу. На «берегах» одной из улиц построены многоярусные блоки для зрителей — самбадром. В городе существуют десятки школ самбы, каждая со своим «оттенком». За год до карнавала школа находит спонсора, готовит экзотические костюмы: для девушек часто только треугольничек спереди и перья сзади, но для претенденток на звание «королева карнавала» — необычный богатый огромный костюм. Жюри производит отбор групп участников, оставляя только лучших четырнадцать. И в назначенный вечер начинается парад. Девушки с молодыми грудками и вертящимися в такт музыке попками являются главным объектом внимания пожилых американцев, сидящих на скамейках самбадрома с цейсовскими биноклями в руках. Билеты на эти места стоят до 250 долларов.
Мы с Гиной отказались покупать билеты на самбадром, хотя и были в Рио в карнавальное время через два года после Сальвадора. Дорого — одна сторона, искусственность мероприятия — другая. Обе — не для нас.
А что делает бедный люд фавел в карнавальные вечера? Они идут за джаз-бандами по своим улицам, идут и пляшут. И все они радостные и веселые, как большинство бразильцев.
В Японии существует наравне с буддизмом религия под названием синтоизм: люди родились, чтобы быть счастливыми; никаких наказаний, никаких страданий, улыбайтесь, радуйтесь солнцу, радуйтесь жизни. Однажды в Осаке состоялся международный форум поклонников этой религии. Самая большая делегация прилетела из Бразилии. Выйдя из самолета, бразильцы сразу стали танцевать, петь, как на карнавале. Это и есть бразильская душа. Мы с Гиной побывали почти во всех странах Латинской Америки. Самые веселые, самые жизнерадостные люди — по нашим наблюдениям — безусловно, бразильцы.
В Сальвадоре истекло время нашей визы. В таком же положении были люди с соседних яхт: один англичанин Джон и два датчанина, Педер и Карлос. Джон сходил в британское консульство, где ему посоветовали обратиться к юристу Rui Patterson. Большой группой из пяти человек мы сидели в маленьком офисе, на дверях которого красовалась табличка «Dr. Patterson» (Dr. - значит доктор наук). Я — русский — не постеснялся спросить сына Rui: «Ваш отец действительно доктор?» — «Нет, просто в Бразилии так принято». Позже мы прочли в какой-то книге, что в этой стране только военные чины не помещают «Dr.» перед именем. «Доктор юриспруденции» говорил по-португальски, а его толстый сын Pablo, закончивший университет в США, переводил на английский: «Вам не нужно продлевать визу. Все гораздо проще. Согласно римскому праву (?!) вас не могут выдворить из страны без решения суда. Поэтому мы подготовим от каждого из вас петицию в бразильский суд с указанием, что журналистке Гине, например, нужно собрать материал для книги, — а это работа на несколько лет, Карлосу — открыть бизнес и так далее. После этого вы можете быть в Бразилии долго, сколько вам нужно». — «А что мы скажем в полиции?» — «Мы дадим вам документ, гласящий, что ваше дело рассматривается в суде, и до решения суда никто вас не тронет. А решение суда можно ждать годами». Мы слушали развесив уши и верили. Каждый из нас выложил «доктору» по пачке долларов, а что поделаешь — нам нравится Бразилия и мы хотим быть здесь долго.