Прохожу в дом, поднимаясь на второй этаж в «свою» комнату, и собираю немногочисленные вещи. Эванс замирает в дверях и скрещивает руки, внимательно наблюдая.
— Если бы я вовремя не вернулся домой, что тогда? — раздается глубокий задумчивый голос. Приостанавливаю сбор вещей и вопросительно изгибаю брови, но затем понимаю, о чем речь и пожимаю равнодушно плечами.
— Как ты говорил: я бы жила дальше, училась, и никому не было до меня дела, — безразлично отвечаю, засовывая лэптоп в сумку, и застегиваю молнию.
— Жалеешь?
Встречаюсь с прищуренными синими глазами и, не задумываясь, отвечаю:
— Нет.
Он молча кивает, а я опускаю взгляд.
— А Черри?
— У Шема, — коротко отвечает парень, проходит в комнату и забирает рюкзак. — Проведу тебя.
— Хочешь познакомиться с моим папочкой? — язвлю, следуя за парнем.
— Почему бы и нет. Он талантливый музыкант. Для меня это честь.
Папа ждет возле машины и удивленно оглядывает Сина, когда мы подходим ближе.
— Пап, это Син, Син — это мой отец Руперт Браун, — говорю нудным голосом, переминаясь с ноги на ногу. Никогда не знакомила родителей с… парнями. Не приходилось как-то, ведь я не состояла в отношениях. Про Тинки отец с мамой давно знали.
Они жмут друг другу руки, а я отвожу неловкий взгляд в сторону. Очень странный момент.
— Рад с вами познакомиться, мистер Браун, — широко улыбается Син, заставляя сжаться от «любезного» тона.
— Да, спасибо, что приютили на время мою дочурку. Она ведь не доставила проблем?
Боже, пап, что за…? Закатываю глаза и открываю рот, но Син опережает меня и мило улыбается:
— Что вы, мистер Браун, Джи прекрасная девушка, очаровательная, нам с ней очень повезло.
Бросаю на него злобный взгляд, но он делает невинную моську, по которой так и хочется проехать кулаком, чтобы подпортить идеальное красивое личико.
— О, я рад. Что ж, приятно было познакомиться, Син, увидимся завтра, — папа садится на водительское место и закрывает дверь, а Эванс вопросительно смотрит на меня.
— Я попросила папу приехать на репетицию, — устало вздыхаю и наклоняю голову. — Не против?
— Нет.
— Тогда до завтра.
БМВ плавно отъезжает. Наблюдаю в зеркале заднего вида стоящего на том же месте Сина. Интересно, я когда-нибудь пойму этого парня хоть немного?
Глава 21
Джи
Квартира отца находится в Парк-дейл в сером невысоком здании недалеко от Стадиона Содружества, откуда частенько слышны крики поклонников футбола. Двухкомнатная, небольшая и уютная, но больше всего мне нравится выход на веранду. Там расположен небольшой оазис, в виде растений в кадках, двух потрепанных кресел и парочки стареньких светильников. Хоть я здесь бывала не так часто, но квартира отца куда приятнее, чем огромный дом, в котором я ощущала себя всегда одиноко, будто ненужный предмет.
Я разбираю рюкзак и раскладываю вещи в комод; мы берем парочку пледов и устраиваемся с чашками горячего чая на веранде, наблюдая, как на Эдмонтон ложатся сумерки, загораются огни вывесок, фонари и первые звезды на небе. Я давненько не чувствовала такой душевной идиллии и спокойствия. За последние полтора месяца произошло столько событий… Невероятно. Этот момент, как глоток свежего воздуха: папа, я, горячий чай и вечер разговоров.
Перед сном переписываюсь с Тинки, рассказывая о приезде отца и новом жилье. В последнее время мы видимся только в школе: он занят конференциями, я — репетициями. Мы никак не можем выбраться и немного отвлечься от круговерти.
«Ты уверена, что тебе это надо?»
Я задумчиво смотрю на экран смартфона.
«О чем ты?», — печатаю, прекрасно зная, что имел в виду друг.
«Не прикидывайся… я о группе… Эвансе… ты не собираешься поступать в универ?»
«Я не знаю, как все сложится».
«Ты прекрасно все знаешь, просто не хочешь принимать этот факт. Разве люди, которые любят петь, любят музыку, не выглядят как сумасшедшие? Эванс чокнутый, помешанный на группе. Ты не похожа на человека, который хочет потратить на такое всю жизнь».
Отбрасываю телефон и тяжело вздыхаю. Приходит еще одно смс, и я пробегаю глазами по тексту:
«Ты это делаешь, чтобы быть рядом с ним».
Пару раз моргаю. Палец замирает над буквами, но я ставлю смартфон на блокировку и кутаюсь в одеяло, подтягивая коленки к груди. Возможно, Тинки прав. Он всегда говорит разумные вещи, но мне нравится петь. Нравится происходящее, нравится отдавать людям всю энергию и снова наполнять ею опустошенное тело, словно сосуд. Да, я не в восторге от того, что на меня слишком много навалилось в последнее время, зато чувствую себя нужной. Раньше схема практически не менялась: школа, дом, уроки, сон, посиделки с Тинки, вылазки в город — всё. Скучная, однообразная и неинтересная жизнь, пока в ней не появился Син Эванс и зажег внутри искорку.