Затем мне на глаза попался небольшой белый конверт. Раскрыв его, я увидела обычный белый лист, на котором аккуратным, каллиграфическим почерком были выведены слова:
«Береги эту пару, Белла Мари
Sincerely, Harry».
Черт возьми, эти подарки были от Гарри.
Я схватила колье, лежащее на столе, и внимательно рассмотрела предмет. На застежке цепочки аккуратным почерком были выведены заветные буквы «Cartier». Мое лицо вспыхнуло. Неужели он действительно тратит такие баснословные деньги на эти нелепые подарки? Зачем ему дарить их МНЕ?
Его бессовестные, яростные проделки заставили меня усомниться в его человечности. Признаюсь, я вообще сомневаюсь, что Гарри человек. Неожиданно ко мне подступили слезы, и я со всей силы кинула коробку с колье в стену, оставляя в ней небольшую вмятину. Упав на колени, я попыталась заглушить слезы, но у меня никак не выходило. Я сама не понимаю, от чего плачу.
Не могу разобраться в наших отношениях, то он пытается меня задушить и убить в моей же квартире, то целует и дарит дорогущие подарки. Мне хочется задушить его так же, как он сделал в первый день нашего знакомства. Злость и грусть смешались огромным водоворотом внутри меня, вызывая самые разнообразные чувства.
Мои попытки привести себя в порядок увенчались успехом, и через двадцать минут я выглядела гораздо лучше. Я не знаю, в какую игру играет Гарри, но мне это не нравится.
Я позвонила Зейну и попыталась назначить встречу, но он сослался на занятость и сбросил трубку. Порой он кажется мне таким холодным, но, возможно, это просто издержки его профессии.
Мне не оставалось ничего делать, как провести день дома в полном одиночестве.
— Зачем ты пришёл? — спросила я, стараясь сделать свой голос как можно более приятным. Из-за неожиданного прихода Гарри мне пришлось отбросить все свои планы на вечер, включающие просмотр «Друзей» и поедания всего, что есть в холодильнике. Хотя, в нем сейчас совершенно пусто.
— К тебе, — улыбнулся Гарри, облокачиваясь о косяк двери.
— Я не звала тебя, — мои ноги заледенели от сквозняка.
— Я сам пришёл, — промычал он, входя в квартиру.
— У меня к тебе есть вопрос, ответишь и можешь оставаться, — я прошла вслед за ним, закрывая дверь на ключ. Гарри развалился на диване, выбрасывая телефон рядом.
— Валяй.
Я присела на кресло, хищно пялясь на парня. Он совершенно спокойно чувствовал себя, словно он у себя в квартире.
— Зачем ты присылаешь мне эти подарки? — наконец выдала я, пытаясь скрыть неловкость и лёгкую панику. Его же лицо не выдавало никаких эмоций.
— Как ты думаешь?
— Не знаю, поэтому и спрашиваю, умник.
— Хотел сделать тебе приятно, Белла Мари, — он улыбнулся своей противно-притворной улыбкой. Черт, что ты творишь?
— Неужели? — спросила я, подбирая коробку от колье со стола. — Тогда забери это, мне не нужны твои подарки, — прошипела я, кидая в парня коробку.
Гарри с легкостью поймал предмет, вертя в руках. Затем он открыл бархатную коробочку и внимательно рассмотрел колье.
— Не бойся, блестяшки не выпали, — хмыкнула я, подбирая коробку от обуви.
— Это бриллианты, Белла Мари, — интересно, он хоть догадывается, что пару часов назад его бриллианты полетели в стену?
Ты чокнутый, Стайлс. Я совершенно не понимаю, зачем ты делаешь это.
Я попыталась сделать вид, будто мне всё равно на это. Но в моей голове буквально всплывали облака воспоминаний о том, как моя семья пыталась накопить на новый телевизор в зал, о том, как мало денег у нас всегда было.
Гарри — сноб и он не в состоянии это отрицать. Маленький мамин мальчик.
— Но этот подарок я оставлю себе, — мои руки потянулись к паре великолепных белых кроссовок моей любимой модели. Я всеми силами старалась не выдавать своего отвращения к парню.
Раз ты начал игру, Гарри, то я всеми силами её выиграю.
— Нравятся?
— Очень, — я улыбнулась, не поднимая взгляд на парня.
Разумеется, я достаточно горда, чтобы не принять его подарки, но эти кроссовки действительно чудо. Думаю, моя гордость немного подвинется ради этого.
— Как ты узнал мой размер ноги? — спросила я, наконец устремляя взгляд на парня. Гарри сидел уже в другой позе, сложив руки в замок.
Мне показалось, или его глаза действительно искренне светились? Нет, что за бред.
— Ты вчера оставила один кроссовок у меня в машине, — усмехнулся он, заставляя меня вспыхнуть от воспоминания того, что мы делали в его машине.
— Насчёт вчерашнего, — мне очень важно объяснить ему, что это была всего лишь «пьяная издержка».
— Я не скажу ему, — Гарри встал с дивана и направился на кухню. — Зейн не узнает, не волнуйся, принцесса, — через минуту он появился в комнате, держа в руках бутылку от газированного апельсинового сока.
Что он имеет в виду, говоря о том, что не скажет Зейну, и почему он лазает в моем холодильнике?
Я уже была готова спросить его, но он снова меня перебил:
— Обуйся, надень их, — выдал он, указывая на кроссовки, мирно лежащие в коробке.
— Зачем? — я наблюдала за тем, как он медленно отпил из горлышка.
— Хочу видеть тебя в них.
Я потянулась к коробке и надела обувь, предварительно зашнуровывая. Эти кроссовки и в правду невероятные.
— Спасибо, — улыбнулась я, вставая с дивана. Гарри наблюдал за тем, как я плавно передвигалась по квартире в красивой обуви.
— У тебя есть что-нибудь поесть? — спросил он, опираясь о спинку дивана.
Я прошла на кухню, открывая полку. В моем холодильнике давно мышь повесилась, из еды у меня были только мармеладки «Sour Patch». Гарри не предупреждал о своём приходе, поэтому, уверенно схватив пачку, я швырнула её в парня.
Гарри опешил от неожиданности, но всё же поймал мармелад.
— Серьёзно? — он вскинул одну бровь. — Это всё, что у тебя есть?
— К сожалению, у меня нет лобстеров и чёрной икры, Гарри. Прошу прощения, — я встала напротив парня, не отрывая взгляда. Его зеленые глаза исследовали мое лицо в деталях, он выглядел так, словно ему сейчас станет дурно. Неужели я так плохо выгляжу?
— Очень смешно, — саркастически выдал он, открывая упаковку.
— Сам виноват.
— О чем ты?
— Не нужно было дарить мне этот «ошейник» за хренову тучу денег, — вспыхнула я, прищуриваясь.
— Девушки любят дорогие подарки, — он закинул в рот очередного цветного человечка.
— Не чавкай, — выкрикнула я, видимо, переполненная эмоциями, хотя парень совершенно не чавкал.
— И не думаю, — улыбнулся он, откладывая упаковку кислого мармелада. — Ну что с тобой?
Я изучающе уставилась на него, постепенно приходя в себя после легкого «срыва».
— Что?
— Ты такая нервная, ладошки вспотели, — его взгляд упал на мои руки, переплетённые в замке. Я резко разомкнула руки, проводя ладонями о брюки.
— Гарри, — я насторожилась, когда парень стал медленно приближаться. — Что ты делаешь?
Его глаза горели ярко-зелёным цветом, а острая линия подбородка сейчас была особенно видна при свете дня.
— Хочешь потанцевать? — неожиданно выдала я, пытаясь выкрутиться из ситуации. Гарри устремил на меня свой взгляд и, по всей видимости, немного замешкался, но всё же протянул мне руку и притянул к себе за талию.
— А как же музыка? — спросил Гарри.
Я непонимающе уставилась на парня.
— Зачем нужна музыка, когда есть голос?
Весь вечер Гарри провёл у меня, мы мило распевали песни, танцевали. Он отдавил мне все пальцы, но я всё ещё пребывала в хорошем настроении. Мое отвращение к нему исчезло, и я старалась наслаждаться моментом.
— Ты отлично поешь, — сказала я, закидывая очередного зеленого человечка в рот.
Гарри вскинул одну бровь и, надменно улыбнувшись, ответил:
— Конечно, а ты как думала? Я лучший во всём, что касается... всего, — я кинула в него мармелад, заливаясь смехом.