Теперь понятно, Тобиас, в кого ты таким мудаком уродился.
С каких пор я защищаю Гарри? Черт!
— Кхм, — неожиданно кто-то положил руки на мои плечи, я сразу поняла, что это Гарри. Его тёплые ладони буквально прожигали мою одежду.
— Приветик, — прошептала я, разворачиваясь на стуле, чтобы увидеть его. Он горел от переполняющего его счастья. Я рада видеть его счастливым, это случается так редко.
— Привет, — он продолжил мять мои плечи руками. — Как вы тут?
— Отлично, — хмыкнул Тоби, поднимая бокал вина вверх. — Как раз собирался пригласить Изабеллу в дом.
— Зачем? — слегка напугавшись, спросила я. Если Гарри снова устроит сцену уничтожения стола, то я ни за какие деньги туда не пойду.
— Пообедать, глупышка, — спокойно сказал Гарри, хлопая меня по плечу.
«Глупышка»? Гарри, ты под чем-то? Никогда не слышала, чтобы он называл меня так. Отчётливо ощущаю дикий дискомфорт между ними.
Аккуратно встав с кресла, я ухватилась за его руку. Он помог мне встать и повёл к баги. Я оглянулась на Тобиаса, он недовольный остался сидеть на кресле, стремительно заглатывая целый бокал вина. Видимо, он с нами обедать не идёт, и это прекрасно.
За недолгий промежуток общения с ним я поняла, что совершенно не способна общаться с таким, как он. Я даже не знаю, как его можно охарактеризовать. Мудаковатый мудак?
— Всё в порядке? — спросил Гарри, когда я уселась на пассажирское сиденье, не в настроении вести эту колымагу.
— Я просто надеюсь, что ты не устроишь сцены опять.
Он взглянул на меня, затем, сжав руль, вдавил педаль и молча двинулся по направлению к дому.
— Замечательно, ты будешь молчать? — спросила я, раздражаясь. Даже эти чудные зеленые холмы не вызывали восхищения.
— Да, — сухо выдал он.
Да ладно? Он ещё обижается на меня.
— Ты обиделся? Точно, как ребёнок, — вздохнула я, накрывая руками лицо.
— В смысле?
— Сам знаешь.
— Нет.
— Да.
— Нет!
— Гарри, отвали! — вспылила я, отодвигаясь от него насколько это позволял размер сиденья. Он кинул раздражённый взгляд на меня, после чего резко затормозил. Я чуть не впечаталась в стекло. — Что ты...
Гарри столкнул меня с сиденья, я упала на мягкую траву и с ужасом посмотрела на парня. Признаюсь честно, я думала, что он оставит меня здесь или же переедет.
— Чертовка, — прошипел он, выходя из машины. — Как же ты это делаешь? — он упал рядом со мной, поднимая мой подбородок на себя. — Знаешь, что я сейчас сделаю?
— Поцелуешь меня? — спросила я, еле сдерживая улыбку.
— Верно, — он одарил меня сияющей улыбкой, после чего впился губами.
Я снова ощутила приятный вкус его губ, нежных и пухлых. Мои глаза были закрыты, но я могла чувствовать, как нежно он водил пальцами по коже моего лица.
Я взглянула на V-образный вырез своего свитера и заметила еле выглядывающее белье.
Его глаза последовали за моими, и его чертова ухмылка стала более отчетливой. Я небрежно скрестила руки на груди, прежде чем он заговорил снова.
— Что не так? — Гарри пристально наблюдал за мной. Он бродил глазами по всему моему телу. Черт, его глаза были такими притягивающими. По телу пробежался озноб, я размышляла о том, сколько же еще оттенков у этих глаз. Ярко-зеленые, темно-зеленые, болотные и, наконец, мой любимый оттенок — изумрудный. Таким он и был прямо сейчас.
— Я... я не знаю, — прошептала я, замечая, как он протягивает руку к моему лицу и аккуратно убирает выбившуюся прядь. — Кажется, это неправильно.
— Что именно? То, что мы лежим на газоне или то, что я собираюсь взять тебя прямо тут?
— Идиот, — засмеялась я, пихая его в бок, из-за чего он слегка отодвинулся от меня. — Я сбегу когда-нибудь от тебя!
— Как? — дурацкая ухмылка не сходила с его лица. Дайте тряпку, я сотру её с его наглого лица.
— Скачусь, — спокойно ответила я, начиная перекатываться с одного бока на другой.
— Ты чокнутая! — воскликнул он, усаживаясь. Он пристально наблюдал за тем, как я стремительно скатывалась по идеально выстриженному газону.
— Я знаю! — меня продолжало нести вниз по небольшому холму и, честно говоря, я даже немного напугалась, пока наконец не остановилась у самого подножья.
Гарри встал с земли и последовал ко мне. Подав мне руку, он помог мне встать.
— Это было довольно интересно, — выдала я, ощущая ноющую боль в руке. Гарри собрал брови в одну тонкую линию и, подняв мою руку, стал рассматривать небольшой порез.
— Ты опять порезалась, Белла, — игривость пропала с его лица. Он внимательно рассматривал небольшую царапину, после чего сжал мою руку в своей и потащил к баги.
— Да ладно, ничего страшного, — я всеми силами старалась оттянуть обед, что ждал нас в особняке. Ненавижу обедать в присутствии Гарри. Это невозможно.
Он угрюмо уселся за руль, в очередной раз заводя эту тарахтелку. Меня просто выводит из себя его переменчивое настроение, он походит на девушку с ПМС.
Мы пообедали в огромном холле, посреди которого раскинулся стол на десять персон. Стиль дома напоминал мне деревенский шик, всё было очень уютно и мило.
К нам также присоединилась бабушка Гарри, если я правильно поняла. Пожилая леди была очень приятной. Она рассказывала о том, как Гарри врезался в стены в детстве, рисовал на них, швырялся в мимо проходящих голубей камнями и даже однажды спас утопающую собаку.
— Ты правда спас тонущую собаку? — спросила я, еле сдерживаясь со смеху.
— Да, — гордо ответил он, тоже сдерживаясь от смеха.
— Правда, его героизма не хватило, чтобы спасти её, поэтому он начал тонуть вместе с ней, — не выдержав, я взорвалась от смеха. Бабушка Гарри тоже смеялась так, что на её коже выступали глубокие морщины, говорящие о неминуемой старости.
— Гарри, это твоя бабушка? — спросила я, наклоняясь к уху Гарри.
— Нет, это моя няня, — хмыкнул он, заставляя меня умиляться ещё больше. Это так чудно, что семья Стайлс всё ещё помогает этой пожилой женщине.
— Гарри был самым озорным ребёнком, которого я когда-либо встречала, — продолжала она, периодически запивая десерт чаем.
Мою душу грел факт, что у Гарри было счастливое детство. Хотя, я всё ещё мучалась вопросом о том, где же всё-таки отец Гарри, и почему он их бросил.
Тут у Гарри по-привычному зазвонил телефон, и он, извинившись, вышел из-за стола, сопровождая это:
— Да? — когда звонишь Гарри, он всегда грубо спрашивает «Да?», словно говоря «Вы оставите меня в покое?».
Меня и вправду очень интересовало, почему телефон Гарри разрывается от звонков всякий раз, как мы вместе.
Я почувствовала небольшую нервозность из-за его отсутствия, но постаралась не показывать этого и продолжила разговор.
— Изабелла, Вы чудная девушка, — неожиданно пробормотала бабушка, беря меня за руку. Я одарила её улыбкой, ощущая, как тает мое сердце от искренних слов.
— Мне так стыдно, я не спросила Вашего имени, — прошептала я, стараясь скрыть огромное стеснение.
— Детка, это нормально, — засмеялась она, вытирая платком подступившие от смеха слезы. — Гарри не знал моего имени до пятнадцати лет, ведь всегда называл меня нянечкой.
Неужели пятнадцатилетний Гарри Стайлс называл свою гувернантку «нянечкой»? Черт возьми, кем ты был в детстве, и куда пропал этот милый ребёнок?
— Меня зовут Бетти, — ответила она, подзывая официанта, затем, обратившись к нему, она сказала. — Принесите этой девушке десерт, сегодня он отменный.
— Я люблю сладкое, — зачем-то сказала я в попытках скрыть смущение. Я оглянулась по сторонам, пытаясь разглядеть Гарри в коридорах огромного дома. И наконец, заметив его в саду говорящего по телефону, я почувствовала успокоение.
Через пару минут мне принесли десерт, и я навернула его с огромным удовольствием, забывая о нормах этикета.
— Гарри, ты не поверишь, она съедает уже третий десерт! — восторженно воскликнула Бетти, завидев возвращающегося Гарри. На его лице отразилась широкая улыбка, он взглянул на меня и тихо рассмеялся.