Мне бы охотно хотелось тебе верить, Джей. Галдёж машин позади не смолкал, поэтому, вдохнув полной грудью, я наконец открыла дверь джипа. Прохладный ветер взбудоражил нервные окончания пальцев, а белая шубка, накинутая поверх платья, затрепетала на ветру.
— Мисс, — высокий парень, облачённый в униформу дворецкого, вежливо подал мне руку, приняв которую, я вальяжно ступила на заветную «красную дорожку». Несколько вспышек фотокамер на мгновение ослепили меня, я еле сдержалась, чтобы не закрыть лицо руками, дабы избежать яркого света.
Качавшись из стороны в сторону, я кое-как преодолела расстояние между калиткой, где меня высадил Джей до начала шествия.
Дорожка алого цвета, длина которой была порядка ста метров, расстилалась до самого входа, по обе стороны от которой стояло множество людей, умело орудующих фотокамерами. Нанятые фотографы активно произносили непонятные мне слова, яростно размахивая руками в разные стороны, что выглядело довольно комично. Гости, медленно идущие по дорожке, дарили фотокамерам самые искренние улыбки, явно наслаждаясь моментом. Со стороны всё это напоминало скорей Каннский фестиваль, нежели «День Благодарения» в кругу семьи. Видимо, семья Стайлс не знает понятия «скромно».
Хоть свет ярких ламп и озарял дорожку профессиональным освещением, фотографы орудовали как настоящие профессионалы, а гости, разодетые в самые дорогие наряды, расхаживали словно знаменитости, не скрывая того факта, что всё это было лишь муляжом.
Это всё постановка, чтобы гостям запомнился вечер, а мероприятие прошло на самом высшем уровне, хотя пока я не попробую все сладости стола, не могу судить.
Неуверенно ступив на дорожку, я прошла вперед, ловя заинтересованные взгляды гостей, на лицах которых отчётливо читается непонимание, видно, все они давно знакомы, и новая личность в этих кругах — это что-то необычное. Что же, это вовсе меня не смущало, поэтому, как только на меня посыпалось внимание фотографов, я и вовсе позабыла о нервозности и страхе, что присутствовали в самом начале.
Теперь я уверенно шла по дорожке, приковывая взгляды остальных и активно ловя внимание фотографов. Ох, чувствую, вечер пройдёт бомбически!
— Здравствуйте, меня зовут Линда Вошнайцер, — сказала высокого роста девушка, неожиданно подошедшая ко мне сзади.
— Здравствуйте, — вежливо ответила я, медленно приближаясь к массивным ступенькам, ведущим ко входу в особняк.
Данная девушка меня не особо волновала, мне очень хотелось найти Гарри. С ним я определенно точно буду чувствовать себя в своей тарелке. Но немка продолжала меня преследовать, не отставая ни на шаг.
Когда же она отстанет от меня?
— Вы дама Гарри Стайлса? — спросила она, грубо хватая меня за локоть. Я моментально обернулась на неё, пытаясь понять, что ей, вашу мать, нужно!
— Какая Вам разница? — её лицо выражало некую нервозность, а руки слегка тряслись. Я попыталась спихнуть их от себя, что у меня никак не выходило. Длинные ногти девушки сильно впились мне в кожу.
— Не общайтесь с ним, это опасно! — вскричала она, от чего несколько людей обернулись на нас. Виновато оглядев всех, я снова уставилась на эту странную девушку.
— Девушка, оставьте меня в покое.
— Девочка, ты вспомнишь мои слова, когда неожиданно потеряешь жизнь!
— Отойдите от меня, пожалуйста, — тихо прошипела я, отдёргивая свою руку и устремляясь вверх.
Аккуратно приподняв подол платья, я стала медленно подниматься вверх, продолжая глазами искать парня. Гарри определенно точно должен быть в смокинге и с щедро намазанными гелем волосами.
Эта девушка вела себя крайне странно. Что за бред она говорила о Гарри, и как это, черт возьми, связано со мной?
Девушка, проделав то же самое, шла позади, периодически поглядывая на меня. Что ей нужно, я не знаю, да и знать не хочу. Если ей так хочется за мной идти, то я не против. Скоро появится мой принц и спасёт меня.
— Белла! — чьи-то тёплые руки легли мне на талию, как только я преодолела лестницу. Обернувшись, я обнаружила Энн. Женщина выглядела просто чудно, красное платье-мини отлично подчеркивало стройную фигуру, а волосы, собранные в высокую дульку, открывали вид на чудное колье с зелёным изумрудом, мягко украшающее её женственную шею.
— Энн, здравствуйте! Как я рада Вас видеть, — улыбнулась я, обнимая женщину. Она отстранилась от меня, и я смогла заметить длинную прозрачную трубочку, тянущуюся с носа до небольшой сумки, которую Энн аккуратно сжимала под мышкой.
Видимо, Гарри говорил правду. Энн действительно медленно умирает. Рак берет своё и медленно уничтожает органы женщины, плавно подбираясь к сердцу. Однажды утром или ночью он победит, и оно перестанет биться.
От тяжёлых мыслей я немного погрустнела, но такие тёплые и искренние зеленые глаза женщины, все ещё светящиеся яркой искрой, породили во мне чувства спокойствия.
— Ох, Белла, как же ты чудно выглядишь! — воскликнула женщина, отходя от меня на пару метров, дабы рассмотреть мое платье. Разумеется, я не надела платье, что подарил мне Гарри. Я не кукла, чтобы наряжать меня так, как ему вздумается.
На мне было похожего цвета шёлковое платье, аккуратно подчёркивающее мою фигуру.
— Ты такая красивая, — прошептала она, кладя руки на мои плечи, от чего трубочка на её лице слегка съехала в сторону. — Я так рада, что ты есть у Гарри.
Не сдержавшись, я обняла Энн, вдыхая знакомый аромат духов, что витал в их доме, когда мы с Гарри пожаловали к ним и, в буквальном смысле, все уничтожили.
Я не ожидала встретить Энн, хотя логично, что она будет здесь.
— Гарри с Бетти каждый год устраивают это, — добавила Энн, беря меня под локоть и плавно направляясь ко входу.
Массивные двери, выполненные из дорогой породы дерева, выглядели очень могущественно и властно. Не знаю, сколько они весят и сколько сил нужно приложить, чтобы их открыть, но чувство защищённости они определено точно внушают.
— Гарри всегда помогает Бетти, он так её любит, — мимо нас проходило огромное множество людей, многие останавливались, чтобы поздороваться с Энн. Люди действительно выглядели очень даже неплохо. Леди, облачённые в дорогие брендовые наряды, шли медленно, покачиваясь из стороны в сторону, мягко держась под руку со своими кавалерами. Гардероб мужчин, в принципе, никогда не отличался особым выбором, поэтому большая половина этого пола были одеты в обычные брючные костюмы, что выглядели очень элегантно и по-мужски подчёркивали их широкие плечи и стройные ноги.
Классическая музыка раздавалась по колонкам, установленным по углам помещения. Ей богу, настоящее празднование 18-го века.
— Неужели Гарри устраивает все это сам? — спросила я, слегка удивляясь. Неужели он способен сотворить нечто невероятное? Праздник похож на что-то древнее и роскошное.
— Да, милая. Если он любит кого-то, то любит всем сердцем и готов сделать всё, что угодно, дабы осчастливить, такой вот он — джентельмен, — рассмеялась Энн, в глазах которой отчётливо читалась невероятная гордость за сына. — Я бесконечно рада, что у него такая девушка, как ты, Белла. Он очень тебя любит, так часто говорит о тебе! Чего стоит его невнятное бормотание во сне.
Я хотела ответить, как вдруг мое внимание привлёк обаятельный молодой человек в чёрном смокинге с милой бабочкой и с красиво уложенными кудрями. Гарри стоял на небольшом выступе с Бетти, они, слегка приобнявшись, стояли на сцене, радостно улыбаясь гостям.
Не могу не подметить, что выглядит он сногсшибательно. Никогда не видела Гарри в чём-то настолько официальном, его гардероб состоит в основном из различного вида пальто, бомберов, простых рубашек и однотонных футболок. Он любитель слегка разбавлять нечто очень спокойное чем-то экстремально ярким. К примеру, сейчас его пиджак темно-синего цвета искусно расшит серебряными нитями, которые, переплетаясь друг с другом, создают удивительную гасму.
— Белла? — Энн слегка толкнула меня в плечо, приводя в себя. Её легкая ухмылка выдавала радость. Она заметила, что я уставилась на Гарри, и мой изучающий взгляд надолго задержался на красавчике.