— Извините, — засмущалась я, проходя глубже в главный зал, где как раз-таки на сцене стоял Гарри. — Ваш сын иногда выглядит очень даже ничего.
— Это он в меня.
— О, несомненно, мэм, — мы, громко рассмеявшись, направились к стенду, где были расписаны места сидящих.
Энн изучающим взглядом пробежалась по спискам и, уверенно ткнув на нужную бумажку, пробормотала:
— Вот наш стол, Белла.
Я взглянула на список. Мое место за самым главным круглым столом вместе с Гарри, Бетти, Энн и ещё четырьмя неизвестными мне людьми.
— А где же Бен, Энн? — поинтересовалась я, снова беря женщину под руку.
Она устремила свой взгляд в пол, словно стараясь избежать разговора. Заметив неоднозначную реакцию женщины, я всё же промолчала, и мы молча прошли в главный зал.
Это было огромных размеров помещение, посреди которого установлены круглые столы, рассчитанные на всех собравшихся. Они украшены самыми разными цветами, а на каждом наборе тарелок, стоящих на столе, лежит небольшой бланк с расписанием проведения банкета, включающий в себя разного вида активити и меню.
Я даже и не помню, чтобы замечала это огромное помещение, прибывая здесь с Гарри в прошлый раз. Видимо, мы были слишком увлечены гольфом.
Энн, сжав мою руку, пробиралась сквозь толпу людей, в то время как мой взгляд был направлен на Гарри. Он с огромной улыбкой на лице стоял на той же сцене, периодически кланяясь и здороваясь с проходившими мимо гостями.
Я ненароком надеялась, что его взгляд хоть на секунду задержится на мне, но затем поняла, что пока мы пробираемся к столу, нас просто напросто не видно. Поэтому, покрепче схватив Энн за руку, я уверенным шагом потопала к столу, что стоял посередине зала, откуда открывался наилучший вид на сцену.
— Белла, ну наконец-то, — заулыбалась Энн, расположившись напротив меня.
Я мягко кивнула головой, осматривая своих «соседей». Справа от меня, на тарелке лежало меню вечера, на котором большими буквами было выведено: «Гарри Стайлс». Слева же — «Тобиас Сэнклер». Не уж то тот самый Тобиас, который звал меня в Сан-Тропе? Ах да, это он.
Интересно, Гарри выбирал рассадку гостей? Потому что если он, то я не понимаю, зачем было сажать меня с человеком, к которому он меня ревнует.
Гарри — странный человек.
Спустя десять минут почти все гости уселись на свои места, слева уже давно сидел Тобиас, который поначалу приставал ко мне, но как только понял, что мне на него плевать, отстал. Теперь он активно изучает задницы моделей в Instagram.
Я уже в тысячный раз пробегаюсь глазами по Гарри, он всё ещё стоит на той самой сцене и мило улыбается.
Неожиданно потух свет, и воцарилось гробовое молчание. Все были в ожидании начала вечера, даже Тобиас убрал свой телефон в карман и устремил свой взгляд на сцену, в темноту.
Яркий луч света резко осветил сцену, где у микрофона стояла небольшая фигура Бетти. Она мягко сжимала микрофон в своих морщинистых руках и улыбалась во все тридцать два зуба.
— Я так рада видеть вас всех! — воскликнула она, постукивая кольцами о железную поверхность микрофона. — Сегодня шестая годовщина совместного празднования Дня Благодарения! — зал взорвался аплодисментами. — Спасибо вам за то, что пришли сегодня!
Я завороженно смотрела на Бетти, одетую в прямого кроя платье, украшенное цветами в стиле Дольче Габбана. Выглядела она в нем невероятно, ее крошечная фигура идеально контрастировала с огромной сценой.
— Сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить умерших и пришедших, вместе отпраздновать традиционный праздник и хорошо провести время! — на одном дыхании проговорила она, активно жестикулируя. Все взгляды устремлены на неё. — Заносите индейку! Всем добра! Давайте проведём этот вечер незабываемо!
Мои глаза приковались к прелестной женщине, такой нежной и искренней.
— Белла Мари, — я дёрнулась, резко оборачиваясь на голос парня, подошедшего сзади. Этим парнем оказался Гарри, его большая рука сжимала мое оголенное плечо.
— Привет, Мистер «Я мачо, вы все мои телки, я трахну вас взглядом», — прошептала я, когда Гарри вальяжно приземлился на кресло рядом.
— Что? — рассмеялся он, накрывая мою ладонь своей.
— Ты так уверенно держался на сцене, испепеляя всех прохожих, — хмыкнула я, замечая, как включается свет.
— Белла, я делаю это шесть лет подряд, я чертов профессионал! — воскликнул он, беря с подноса проходящего мимо официанта бокал шампанского.
— Так-так, а я думала, что вы, сэр, не пьёте, — мои глаза с интересом рассматривали бокал, болтавшийся в руках у парня.
— Сегодня исключение, — затем он сделал целый глоток алкоголя, довольно улыбаясь.
— Мне тоже! — крикнула я тому же официанту. Он, подойдя обратно к столу, установил ещё один бокал.
Только он отошёл, как Гарри снова его окрикнул:
— И ещё один для меня! — тот снова вернулся, ставя очередной бокал. Мы с Гарри переглянулись, еле сдерживая смех.
Парень, снова развернувшись, потопал дальше.
— Постой! — вскрикнул Гарри. — Как тебя зовут?
— Джо, — коротко кинул парень, явно раздражённый нашим поведением. Ему пришлось снова подойти, чтобы ответить хозяину торжества.
— Иди уже, Джо! Работу работай, — пробубнила я, изображая подвыпившую даму, что ужасно забавляло Гарри, но подбешивало бедного Джо.
Он снова развернулся и быстрым шагом стал удаляться от нас, но Гарри снова его окрикнул:
— Джо, куда ты?
— Что вам ещё нужно? — процедил он, яростно сжимая поднос. Лицо же его было непроницаемым. Он старался быть вежливым, но по его выражению лица можно было заметить, что держится он изо всех сил. Парень так напрягся, что покрылся красным румянцем и стал как-то нервно дёргаться.
Я, не в силах больше держаться, рассмеялась во весь голос.
— Держи, спасибо, что развлёк мою даму, — улыбнулся Гарри, вызывая недоумение Джо, затем он кинул парню на поднос купюру в двадцать долларов.
— Спасибо, сэр, — довольно улыбнувшись, ответил Джо, наконец удаляясь.
— Мы ужасные люди, — усмехнулась я, закидывая ногу на ногу.
— Теперь мы грешники, Белла Мари, — Гарри устремил взгляд на подол моего платья, затем расплылся в улыбке. — Наконец, надела туфли?
— Уже пожалела об этом, — усмехнулась я, рассматривая детали роскошного костюма Гарри.
— Ты не надела мое платье, — мне показалось, что в его глазах промелькнула грусть.
Показалось, на мгновение.
— Да, потому что это слишком! Прекрати дарить мне подарки, это глупо. Ты же знаешь, что я ими не пользуюсь.
— Что именно ты не используешь?
— К примеру, зачем ты подарил мне серебряный тостер, Гарри? — спросила я, вспоминая огромных размеров коробку, в которой лежал драгоценный тостер стоимостью годового питания детей в Африке.
— Что в этом такого?
— Гарри, — я постаралась передать ему всё, что думаю об этом сквозь взгляд, и у меня вышло. Он, отвернувшись от меня, достал телефон и впялился в него, — какого хрена ты злишься?
— Мне нельзя дарить подарки своей женщине? — пробурчал он.
— Я не твоя женщина, Гарри, пойми это наконец и прекрати вести себя как ребёнок.
Гарри снова обиделся на меня из-за какой-то ерунды, как маленькое дитя. Я устала пытаться исправить наши взаимоотношения, устала искать проблемы в себе, когда настоящие дьяволы скачут в нем, в его голове.
Мне не нужен парень с завышенным чувством господства и безграничной любви к себе. Да, я далеко не ангел, но хотя бы не веду себя как сука.
— Тобиас, как в Сан-Тропе? — неожиданно спросила я, отворачиваясь от Гарри. Он, в свою очередь, даже глазом не повёл, продолжал пялиться в телефон.
— Белла? Здравствуй, — ухмыльнулся он. Вот подонок, всё же назвал меня «Беллой». Ну, ничего, нам сегодня будет очень весело.
— Она съела пять виноградин одновременно! — завопил Тобиас, подскакивая со своего места. Я пыталась прожевать последнюю ягоду, при этом довольно улыбаясь.