Сегодня я потребую у него объяснений, если же он будет отвертываться, то нашим узам — конец. Окончательный конец!
Я спрыгиваю с последней ступеньки и чуть ли не падаю, когда Камилла резко дергает меня. Наваливаюсь на девушку, благодаря бога, что ничего себе не сломала после столь рискованного паркура.
— Ты сдурела?
— Это ты сдурела? — шипит подруга, закрывая дверь гостевого санузла на ключ. — А как же твой Гарри? Этот парень конечно красавчик какого поискать... но у тебя были такие трепетные чувства к тому Гарри и...
— Камилла! — я трясу девушку за плечи, приводя в себя. Она удивленно смотрит на меня своими огромными глазами. — Это и есть Гарри. Тот самый.
— Что? — клянусь, если бы мы были героями мультфильма, то у Камиллы бы челюсть точно лежала где-нибудь в конце коридора. Ага, прямо из туалета до коридора.
Девушка в полнейшем шоке, пытается сообразить ещё некоторое время перед тем, как снова заговорить, уперевшись о раковину:
— Он секси!
— Ты издеваешься? — мягко толкаю её, чтобы пробраться к двери. Мне не очень нравится её реакция. Почему она говорит о Гарри в таком ключе? Вообще-то, это некрасиво.
— Ты к красавчику Гарри бежишь? — Камилла берет меня за руку, повернув меня на девяносто градусов к себе.
— Прекрати.
— Что?
— Прекрати говорить о нем так. — шиплю я, надеясь, что никто нас не подслушивает. Я последний раз кидаю взгляд на подругу перед тем, как выйти из комнатушки. Но мой взгляд приковывается к откровенному вырезу её свитера. — Поменяй кофту, Камилла.
— А что с ней не так? — она игриво хлопает длинными ресницами, что злит меня ещё больше.
Мы собираемся позавтракать вместе, поэтому, если Камилла будет сидеть в таком виде напротив Гарри, мне будет крайне некомфортно.
— Не делай из себя дуру!
— А ты прекрати ревновать! — неожиданно рассмеялась девушка. — Проверяла, правда ли это.
— Правда, что? — о чем она?! Такое чувство, словно у меня сейчас взорвутся мозги.
— Правда ли то, что Изабелла Мария Кляйн действительно влюбилась! — громко заключает подруга, за что я хлопаю её по плечу, накрывая рот ладонью.
— Прошу тебя, не кричи.
Она начинает что-то бубнить, но я не могу разобрать что. Поэтому мы договариваемся, что Камилла не будет громко говорить, и я убираю руку.
— Он, конечно, невероятно горячий и выглядит так устрашающе... что только добавляет ему сексуальности... — начала она.
— Ближе к делу!
— Я отрежу ему его причиндал, если он ещё раз сделает с тобой что-то. Твоя депрессия была просто кошмаром наяву, — угрюмо бурчит девушка, надув губки и сложив руки в замок.
Я с любовью смотрю на подругу, в очередной раз благословя господа за то, что он подарил мне ее.
— Не думаю, что мы будем вместе.
— Что?
— Я не хочу верить ему снова... он разбил мне сердце, Камилла. Это было невыносимо, — девушка с грустью смотрит на меня и на удивление не говорит ничего, кроме:
— Я всегда поддержу тебя. — мы обнимаемся, и я стираю накатившие слезы.
Камилла приводит меня в порядок, нанося лёгкий слой макияжа. Выглядя более менее живо, я выхожу из санузла, волоча за собой чемоданчик, полный косметики. Моя подруга подрабатывала визажистом во время школы, поэтому у неё полно декоративной косметики.
Моя озабоченная мать умчалась на работу ранним утром, поэтому я не знаю, осведомлена она о наших гостях или нет. Мы с Камиллой накрываем на стол ровно на троих, не считая парней.
Я терпеливо жду Томаса, чтобы накормить его и выпроводить из дома. Возможно, это слишком заносчиво — избавляться от членов семьи в попытках поговорить с Гарри и узнать у него, что за чертовщина творится, но не сделать этого я не могу, ведь дело касается и их безопасности.
— Белла? — оборачиваюсь и замечаю слегка нервного брата, уже одетого.
— Что случилось? — беспокоюсь я, подрываясь к парню. — Тебе больно? Голова болит?
— Нет, — он смахивает мою руку со своего лба. — Со мной все в порядке. Меня больше волнует твоё состояние. Этот Гарри... Я всегда говорил, что с ним что-то не так.
— Я знаю, милый, — улыбаюсь, стараясь успокоить и себя, и его. — Но я верю ему.
— Ты ведь что-то не договариваешь?
— Скоро и ты все поймёшь, — я оставляю лёгкий поцелуй на него щеке, при этом обнимая. — Я люблю тебя.
Ожидаю услышать тот же в ответ, но его не следует. Томас тыкает мне в спину тонким пальцем, затем шепчет на ухо:
— Видимо, кто-то тоже хочет услышать эти слова, — я оборачиваюсь и замечаю высокую, стройную фигуру Гарри в проеме двери. Он заинтересованно и даже с некоторой ревностью смотрит на нас, что не может не позабавить меня. Этого ревнивого парня не смущает даже тот факт, что Томас — мой брат.
— Не хочешь перекусить? — спрашиваю я, отворачиваясь от Стайлса. Его чувства — это последнее, что должно меня волновать. Господи, какая я неопределённая! То хочу броситься на него и расцеловать до полусмерти, то прибить на месте чем-нибудь очень тяжелым. Да так, чтобы мозги наконец на место встали.
Сдерживаю свои амбиции и сосредотачиваюсь на брате.
— Я хочу встретиться с друзьями в центре, там и поем.
— Ты в школу вообще ходишь?
— А ты? — иронично смеётся брат, обуваясь.
— Ты откуда знаешь? — посмеиваюсь я, удивляясь тому, что этот маленький проказник знает даже о моем посещении.
— Свои люди и все дела. — кидает напоследок он перед тем, как громко хлопнуть входной дверью и выбежать на улицу.
Я могу показаться безалаберной сестрой, ведь совсем не слежу за младшим братом и поощряю не очень правильные вещи, но...
Я и есть безалаберная сестра.
Мое ярое желание узнать поподробнее все, что происходит с Гарри, затащило меня в мысленную западню. Меня тревожит то, что Стайлс окажется холоден и «грязен», ведь этот парень явно из тех, что любят быть таинственными, и держит важные детали в секрете. Конечно, я могу быть хорошей девушкой и все мирно разрешить, но какая-то часть меня переросла этот возраст неоднозначности. Теперь я стала смелее, поэтому не позволю себе быть серой мышью и бояться действительности. Так делала Изабелла два года назад, когда не стало отца. Сейчас я не страшусь реальности, я живу в ней.
Камилла выжидающе смотрит на меня. Бьюсь об заклад, в голове у неё мечется тысяча мыслей за секунду. Она гадает, что за чертовщина происходит со мной и кто этот Гарри.
— Ты мне расскажешь? — спрашивает она наконец, ударяя рукой по деревянному столу.
Дверь с кухни в зал закрыта, нас с парнями разделяет лишь тонкая гипсокартоновая стена. Поэтому говорим мы тихо.
— Что ты хочешь от меня? — раздраженно бросаю я. — Так говоришь, будто я знаю, что за чертовщина тут творится!
Девушка отвернулась от меня, уставившись куда-то в даль. В ней смешалось чувство злости и неопределенности. То, что Томас рассказал ей о произошедшем вчера, разумеется, ввело её в лёгкий ступор, и она боится, поэтому и не собирается к себе домой. Да и я не виню её за это, ведь сама понимаю, что вся ситуация кажется абсурдом, ну или же сном наяву.
— Мне надо поговорить с ним, — говорю, вставая со стула. — Пообещай, что не войдёшь, — строго заключаю я, смотря на подругу. Она лишь кивает в ответ, кладя голову на руки, что сложила в замок.
Я вхожу в зал, надеясь застать парней в хорошем расположении духа. Мне бы хотелось узнать обо всем побольше, несмотря ни на что.
Сажусь рядом с Найлом, почти проваливаясь в диван, он настолько мягок, что почти поглощает мою пятую точку. Парень смеётся, вытаскивая меня из диванной дырки.
— Кто-то поднабрал, — смеётся он, на что я недовольно прыскаю от стыда. — Да я шучу, ты вроде чуть угловатой была, так даже лучше.