Она резко повернула голову в мою сторону, гнев заиграл в ее радужках.
— У меня есть свои гребаные деньги, придурок. Мне не нужны от него подачки.
Боже, мне нравились ее вспыльчивость и готовность поругаться. Сразу член затвердел, который виднелся в обтягивающих шортах, когда я снял штаны.
Я шагнул в ее пространство, низко наклонившись, чтобы сказать ей на ухо.
— Нет, но ты позволишь нам потратить на тебя все, что мы, блять, захотим, малышка.
Комментатор боя снял напряжение между нами, объявив о следующем бое.
Моем.
— Ты останешься здесь и будешь выглядеть сексуально, подбадривая меня, — сказал я, стаскивая до конца свои спортивные штаны. Ее взгляд остановился на моем члене, и она подсознательно облизнула губы. — Потом можешь отсосать. Но прямо сейчас мне нужно, чтобы ты села своей ахуенной задницей на этот стул и не двигалась. И если кто-то тебя побеспокоит, пырни. Вонзи прямо в ебучее сердце. Даже не задавай вопросов, — сказал я, вкладывая ей в руки свою катану.
Я не стал дожидаться ответа, схватил себя сзади за воротник и стянул футболку. Ее прерывистое дыхание, когда она увидела мое тело, было лучшей, блять, тренировкой перед боем, о которой я мог только мечтать, и, не раздумывая, я схватил ее за затылок и прижал наши губы друг к другу. Я хотел сделать вид, что мы похотливые подростки, но толпа скандировала «Новичок».
— Потрахаемся после боя, Скар.
Глава 29
СКАР
ОТ УДАРОВ Я СТАНОВЛЮСЬ МОКРОЙ. ОСОБЕННО КОГДА БЬЮ МУЖЧИН ПО ЛИЦУ…
«Óни» на его спине задвигались, как живые, когда он грациозно вошел в клетку. Нервная дрожь пронзила меня в тот момент, когда ворота закрылись. Эти бои были безжалостными и жестокими. Забит тоже тот еще ублюдок. Была причина, по которой он так долго оставался на вершине.
Кенджи разыгрывал так, будто все происходит случайно, но я готова поспорить на свою чертову жизнь, что эти трое все спланировали. Хотелось бы надеяться, что Кенджи практиковал тейкдауны, потому что это понадобится ему. Про раненное колено никто не знал, и мне пришлось бы потом извинится перед Забитом, но, честно говоря, его вина, что он не пошел и не вылечился.
Никто не сказал мне ни слова, когда я подошла ближе к клетке и прислонилась к углу, в котором будет Кенджи. Он не спрашивал меня, но и не знал, что я тренировалась много лет. Рев толпы отошел на задний план, когда мое внимание сосредоточилось на нем.
Он был великолепен, весь в татуировках. Обе ноги сплошь покрыты чернилами. Интересная сопоставление. Одна нога была полностью выполнена в традиционном японском стиле. Две рыбки кои занимали большую часть на его подтянутом левом бедре, а вторая представляла собой лоскутное одеяло из американских традиций. Его искусство было историей двух его половинок.
Совершенство и традиции в противовес хаосу и страсти.
— Дамы и господа, у нас есть изменения в сегодняшнем вечере. Новичок входит в клетку, чтобы сразиться с… чемпионом, Забитом Мэйхемом.
Голос диктора разнесся над толпой, эхом отражаясь от цементных стен помещения. Воздух затуманен дымом от косяков и сигарет. Я всегда думала, что тут большая пожароопасность, поскольку мы находились под землей, где нет ни окон, ни дверей, но преступникам и дегенератам наплевать на пожарную безопасность.
Кенджи подпрыгнул на цыпочках, выглядя расслабленным. Как будто он делал это раньше. И я молила бога, чтобы у него все получилось, потому что ему понадобиться все преимущество против нынешнего чемпиона. Одно дело заниматься боевыми искусствами. Совсем другое дело — иметь опыт в клетке в полноценном бою. Даже спарринг не был настоящим примером того, каково это — быть в агонии драки с другим человеком, который хотел сломать тебя напополам.
Краем глаза я уловила движение в толпе. Чемпион направлялся к клетке. Уголки моего рта приподнялись, когда я увидела Забита. Он недавно подстригся, но от этого его вид не стал менее мальчишеским. Он ненавидел, когда я говорила, что это нормально, что он выглядит как ребенок, ведь ему всего двадцать два. У меня было искушение сказать Кенджи, чтобы он назвал его малышом, но может стать еще хуже.
Я прикусила губу, наблюдая за перепалкой между двумя бойцами в центре. Насколько разозлится Кенджи, когда узнает, что я здесь всех знаю? У нас было не так уж много времени, чтобы поиграть в «двадцать вопросов». И, возможно, мне нравился этот парень, но это не означало, что я ему доверяла. Чем больше я думала об этом, тем спокойнее мне становилось от своего решения держать Кенджи в неведении. Он и сам должен знать, что ты выживаешь в этой жизни, держа секреты при себе.