– Она никогда не узнает, что произошло, – продолжил Теодор. – Мы ее потом помоем. Мы просто шутим.
Снова звук раскрываемой молнии.
Нет, дальше смотреть было выше моих сил. «Алиса, ты должна. Ты смелая, ты справишься», – сказала я себе на уроке и продолжила просмотр.
В кадре появились две тонкие струи, направленные на меня. Послышалось журчание.
Струи были направлены на мою одежду, волосы… Лицо.
Девчонки визжали, повторяли, как это отвратительно. Но продолжали снимать и… наблюдать.
Лица, покажите свои лица, чудовища! Почему вы скрываетесь от камеры? Я хочу увидеть ваши глаза. Заглянуть в вашу душу в тот момент, когда вы делали это…
– Все, а теперь мы ее помоем, – сказал Теодор после того, как струи исчезли и снова раздался звук молнии. – Пелагея, открой кран.
Ее рука взяла душ, и меня как следует полили водой.
– Все, пойдемте отсюда, выпьем еще и спать.
– Но… Как же Алиса? – спросила Соня. – Может, нам ее достать?
– Она весит, как жирная свинья. Вот еще. Сама очухается, встанет. Вода ей полезна. Пускай там лежит, а то еще заблюет весь дом.
Это был голос Теодора. На этом видео заканчивалось.
Поначалу я чувствовала только тупое онемение. Потом из ниоткуда появилась боль. Сильная-сильная боль, такая, которую невозможно ничем заглушить.
Я посмотрела на Соню и Назара. Я не могла осознать происходящее, не могла поверить, что они могли сделать такое. Я пересмотрела видео еще раз. И еще. И убедилась, что голоса, руки, волосы, затылки принадлежат Назару и Соне.
Со мной сотворили нечто ужасное и постыдное. И двое из тех, кто это сделал, – мои друзья. Они ничего не сказали мне, не признались в том, что сделали. Я долго сидела, переводя взгляд с Назара на Соню и наоборот. Но я не могла, не хотела принимать очевидное – то, что мои любимые, мои лучшие друзья проделали со мной отвратительные вещи. Они предали, унизили меня.
Я выключила запись, сняла наушники. Учительница рассказывала об арифметической прогрессии. Стрелки на часах над доской двигались ужасно медленно, я не могла дождаться конца урока. Губы предательски дрожали. Я смотрела на каждого из своих одноклассников. Видели ли они видео? На какие сайты его загрузили? И главное… Кто это сделал? Я подумала, что Пелагея. Даша обернулась и тревожно посмотрела на меня. Сердце упало в пятки. Она видела, точно видела! Тут же обернулись Кристина, Коля и Олег.
– Что? – громко сказала я, мой голос срывался и чуть не переходил в крик. Господи, они все видели этот ролик! – Что вы на меня так смотрите?
– Алиса… – удивленно обратилась ко мне Кристина. – У тебя все попадало с парты.
И тут я заметила, что случайно сбила с парты вещи: тетрадь, учебник, ручки – все валялось на полу.
Наверное, я наделала много шума и даже не заметила этого. Наступила неуютная тишина. Учительница строго посмотрела на меня, а потом продолжила урок. Я стала собирать упавшие вещи. Сидящий спереди Назар наклонился, чтобы помочь. Он передал мне учебник, посмотрел на телефон с включенной подсветкой на моей парте, а потом мы встретились глазами, и я увидела его виноватый взгляд. Назар понял, что я все знаю.
Я посмотрела на Соню, сидящую через ряд от меня. Она наблюдала за нами, и ее взгляд был такой же, как у Назара, – пристыженный и виноватый. Тут же прозвенел звонок с урока. Еле сдерживая рыдания, я кое-как запихала вещи в рюкзак и выбежала из класса.
– Алиса! – услышала я позади голос Назара и торопливые шаги… Но сейчас я уже думаю, что мне показалось, не было ни голоса, ни шагов – никто меня не собирался догонять.
Из классов выходили ученики, я толкалась, пробиралась через них, грубо распихивая толпу локтями. Сильно толкнула при этом пару человек.
– Эй, осторожнее, ненормальная!
– Поосторожней! Эй, да это же обоссанная, гляди, это та телка из видео!
Время остановилось. Люди вокруг замерли.
Я закрыла глаза, но чувствовала, что все смотрят только на меня. И тут я вспомнила Новый год и свое желание. Я пожелала, чтобы меня наконец стали замечать. Теперь больше всего на свете я хочу отозвать желание обратно. Всю дорогу до выхода из школы я смотрела под ноги. Волосы спадали на лицо. Если кто еще и смотрел это видео, то они вряд ли узнали меня.
После школы я не пошла домой, а направилась к железной дороге, отошла подальше от станции и села на рельсы.
Первая мысль – броситься под поезд, дождаться электрички и кинуться под нее, чтобы не видеть, не слышать, убежать от всего ужаса и кошмара. Ведь это – только начало. Этот ролик увидят все, в том числе и мои родители. Я не могу представить всю степень их горя и отчаяния, когда они наткнутся на это видео. А я так не хочу их расстраивать. Эту запись посмотрят ученики и учителя. Я – больше не я. С этим видео моя жизнь кончилась.