— Владимир, — представился брюнет и протянул Насте руку.
Та не без трепета подала ему свою. Тип с родинкой наклонился и коснулся ее руки губами. Это было так неожиданно, что Настя задрожала, словно заячий хвост.
От Владимира пахло лимонным лосьоном. Сквозь этот запах пробивался какой-то иной, более слабый, но ужасно знакомый. Лишь спустя некоторое время Настя поняла, что это такое. Возможно, сообрази она сразу, чем от него пахнет, ее бы и осенила какая-никакая догадка.
— Что-то я не видела вас на фирме, — пискнула она.
Хотя, если говорить по правде, на фирме этой она была всего один, самый первый раз. А все последующие разы звонила туда по телефону.
— Тем не менее я работаю там уже довольно давно, — заметил Владимир, неохотно выпуская ее длань и продолжая улыбаться. — И мне тоже жаль, что мы раньше не встречались.
— Может быть, хотите попить с дороги? — предложила хозяйка, переступая с ноги на ногу.
— С удовольствием. Кофе, если можно.
Получив в руки чашку, он закинул ногу на ногу и спросил:
— Компьютер нужен вам для работы? — Джинсы сидели на нем так туго, словно их надевали с мылом.
— Нет. Вообще-то, по работе я связана с компьютером, но дома пользуюсь им в личных целях, — ответила Настя.
— А почему вы не на работе? — не отставал тот. — У вас свободный график?
— Я в отпуске, — коротко пояснила Настя, не желая вдаваться в подробности.
Владимир вопросительно изогнул бровь. Бровь была идеальной формы. «Если бы он участвовал в конкурсе Мистер Вселенная, то занял бы второе место», — невольно подумала она.
— Почему же вы проводите отпуск одна? — вкрадчиво поинтересовался гость, и в его глазах цвета кофейной гущи сверкнуло любопытство.
В сущности, от ответа Насти кое-что зависело. Она могла сразу же расставить все точки над "и", заявив:
«С чего вы решили, что я провожу его одна? Просто мой муж (любовник, бойфренд) возвращается только вечером. Кстати, послезавтра мы улетаем с ним в Испанию». Однако ответ мог стать и своего рода приглашением: «Я одна, потому что мне не с кем проводить отпуск». Настя выбрала третий вариант, трусливо пробормотав:
— Мой отпуск только начался.
Когда с кофе было покончено, Владимир потер руки и сказал:
— Ну-с? Где больной?
— В каком смысле? — удивилась Настя.
— Не обращайте внимания, привычка, — усмехнулся тот. — Я четыре года учился на доктора, но по семейным обстоятельствам вынужден был бросить учебу. Теперь подрабатываю чем могу. Так что я всего-навсего имел в виду компьютер.
— А! Компьютер — вон там. Пойдемте, я покажу.
Когда Владимир сел, Настя зашла ему за спину и уставилась на экран.
— Вы пока можете заниматься своими делами, — мягко посоветовал «доктор». — Лечение компьютеров — дело тонкое.
Он пал на стул и принялся аппетитно щелкать клавишами. В это время под окнами, словно ракета, промчался автомобиль и резко затормозил, взвизгнув шинами. Захлопали дверцы, потом послышались мужские голоса, сопровождающиеся странными низкими всхлипами.
— Извините, — сказала Настя и, нахмурившись, выглянула в окно.
Двое незнакомых типов под руки тащили к особняку Макара Мерлужина. Именно Макар издавал ужасные звуки, которые испугали Настю. Он стенал и мотал головой, а ноги его время от времени бессильно повисали и волочились по земле.
— Вы пока занимайтесь компьютером, — заявила Настя, — а я сейчас.
Она выскочила на улицу и, подойдя к забору, окликнула:
— Эй! Послушайте! Что случилось?
Мужчины обернулись на голос. Макар тоже обернулся и, увидев Настю, вырвался из рук провожатых.
Сделав два самостоятельных шага в ее сторону, он с надрывом произнес:
— Любочка… Покончила с собой!
Настя так сильно вздрогнула, что ее сердце будто упало в желудок и теперь билось там, в совершенно неположенном месте.
— Любочка? — по-дурацки переспросила она. — Покончила с собой?
— Она вскрыла себе вены! — заплакал Макар, вытирая нос пятерней. — Набрала полную ванну воды и…
Оставила мне… Вот!
Макар вытащил из нагрудного кармана смятый лист и дрожащей рукой протянул через забор. Мужчины, которые привезли его домой, молча ждали.
— Это к-копия п-предсмертной записки! — пояснил он, с трудом выговаривая слова. — Я так и знал! Ни к какой тетке она не поехала. Отправилась в нашу городскую квартиру и там…
Предсмертная записка Любочки напоминала хорошо продуманный перечень горестей и разочарований.
В ней не оказалось ни обращения, ни подписи, только число, однако содержание не оставляло никаких сомнений в том, что Любочка отнюдь не считала свою жизнь удавшейся.