— Он может выкинуть что-нибудь неудобное для нас, подбить Слизерин. Сам говорил, от отчаяния люди на многое способны.
— Напрямую против меня он не пойдет.
— Ты так в этом уверен? — она подалась вперед и сложила руки на груди.
— Да, — Северус опять отказал ей в подробностях.
— Но он же вот только что пытался сбежать от тебя, от своих якобы друзей или просто из школы. Это не считается за неподчинение?
— Даже если бы ему удалось покинуть Хогвартс, чем бы нам это грозило?
— А можно не отвечать вопросом на вопрос?
— Нет.
Но Гермиона не собиралась закрывать тему.
— Так почему его тогда просто не отпустить, раз уж он, очевидно, не хочет тут находиться? Или тебе это все же не выгодно? Держишь его в заложниках, чтобы давить на Люциуса?
— Ещё скажи, что я его на поводке держу.
— Ага. И в наморднике. Нет, правда, если бы его свобода передвижения не была ничем ограничена, то, наверное, он просто вышел бы за ворота и трансгрессировал, а не искал какие-то сложные и ненадежные окольные пути. Вряд ли в лавке Горбина были бы рады его неожиданному визиту в такое время.
— Сейчас свобода передвижения всех учеников ограничена. Для их же блага.
— Я немного не поняла, то есть до пропажи метки Драко мог спокойно уйти, когда ему заблагорассудится? — она хмыкнула и картинно задумалась. — А вся эта затея с Выручай-комнатой у него от большой фантазии?
Снейп посмотрел на неё так, как будто она запорола элементарнейшее Бодроперцовое зелье на занятии, но все же язвить в ответ не стал.
— Я всего лишь исполняю волю его матери. Нарцисса понимает, что сейчас в их доме он будет в большей опасности, чем в Хогвартсе. И не одобряет его излишнюю самостоятельность. Драко уже натворил дел и себе, и другим во вред, — насколько Гермиона могла судить, ответил он довольно честно. — А жив остался только благодаря моим действиям и, чего он, конечно, не знает, протекции Дамблдора.
Портрет на фоне всхрапнул, то ли просто услышав свое имя, то ли соглашаясь с утверждением.
— Хм, вот как, — протянула она. — А у тебя очень доверительные отношения с миссис Малфой.
— У тебя не менее теплые отношения с мистером Поттером. Насколько я помню, это называется дружба.
— О, это здорово. Что у тебя есть кто-то, кого ты можешь назвать другом.
— Говори прямо, Гермиона.
— В каком смысле? Я вполне искренна. Жаль, что между нами с Нарциссой лежит столь многое, я бы хотела лично поблагодарить её. Она ведь тебе жизнь спасла.
— И тебя ничего не смущает?
— А должно? — Гермиона приподняла брови. — Впрочем, да. Ситуация с Беллатрисой в этом плане выглядит тревожащей. Она же все-таки сестра миссис Малфой, это не вызовет?.. — она взмахнула руками, пытаясь изобразить жестами сценарий кровной мести или что-то подобное.
— Сестра не входит в жизненные приоритеты Нарциссы.
— А я? — она подошла к нему в упор и пригладила отвороты мантии. — Я в эти сценарии вписываюсь, или мое присутствие в твоей жизни разрушит вашу с ней дружескую связь? И в принципе твои связи со многими другими людьми.
Естественно, её рассуждения о свадьбах, детях и прочих знакомствах с родителями, которые породили советы Поппи, убежали чуть дальше в очередном приступе. И по итогу она пришла к выводу, что на реакцию магической общественности на их со Снейпом отношения ей, в целом, совершенно плевать. Уж не после всего того, через что они прошли. Да и жизнь с Мальчиком-который-выжил под боком научила относиться к общественному вниманию и даже откровенному осуждению стоически и с некой ноткой пренебрежения — всем этим было так легко манипулировать. Друзья, Уизли, однокурсники и преподаватели… Переживет. Вот как раз ситуация с родственниками напрягала Гермиону больше всего, но если, каким-то чудом, они все выживут (особенно она сама, да), то как-нибудь и с этой проблемой разберутся. Или нет. В конце концов она уже сделала более чем спорный выбор относительно них, но все ещё не считала его ошибочным. Лучше поссориться с мамой и папой, стремясь защитить их, чем плакать на могиле.
А потом ей пришло понимание, что у Снейпа тоже есть окружение и какое-никакое, а положение в обществе. Та самая репутация, да. Сам-то он, конечно, утверждал, что ему вся эта их любовь только на руку, но, опять же с легкой руки мадам Помфри, Гермиона поняла, что это не совсем так. Поппи отнеслась к новости об их связи совершенно спокойно, однако, к примеру, та же Макгонагалл вряд ли будет в восторге. С какой вероятностью Северус не сможет продолжить работать в школе, когда станет ясно, что он связался с ученицей? Опять же Билл и его семья, наверняка на Снейпа из-за травмы сына ополчившаяся, могут подлить масла в огонь. Его слизеринские дружки (и, как выяснилось, подруги), если кто-то из них опять выйдет сухим из воды, легко и просто наподлят из мести за предательство. Конечно, союз с грязнокровкой тут дело уже десятое, но ведь и она не абы кто, а подружка Поттера. Сложности даже и не думали разрешаться сами собой.
— Все же думаешь о будущем? — Северус поймал её ладони и притянул к своему лицу.
— Скорее, заставляю себя. И то получается как-то слишком много негатива. Хотя, наверное, лучше бояться грядущего, чем трястись в ужасе из-за осознания его отсутствия.
Правда, всё это было в целом бессмысленно. Будущее у неё, конечно, имелось, но не совместное. Причем не только с Северусом, но и так, в принципе, не с людьми. Наверное, надо было уже признать это, как факт, но Гермиона не могла найти в себе силы принять это с достоинством. Ещё разнюнится, руки опустит, а допускать этого никак нельзя, пока с Воландемортом и Пожирателями не покончено наверняка. Уж лучше занимать себя пустыми размышлениями и реанимировать надежду до последнего.
— Ещё не все потеряно, — спокойно и уверенно, контрастируя с её собственным состоянием, выдал Снейп.
— Возможно. Но должна ли я быть терпеливой или, наоборот, спешить жить, пока есть возможность?
— Если спешка подразумевает самоубийственное участие в деятельности Ордена, то лучше посиди спокойно здесь, как мы и договаривались.
— А в каком случае мне дозволено действовать?
Не смущаясь никаких портретов и их реакции, хотя она уже слышала перешептывания и возмущенное оханье какой-то дамы, Северус поцеловал её.
— Мне опять нужно в ванную, — пробормотала Гермиона, как только получила свободу.
— Хорошо, — ответил он, но так её и не отпустил, хотя и держал даже слишком осторожно, как стеклянную.
— Северус, это так не работает, — от прикосновений его губ к шее было щекотно. — Но если ты сейчас все же сможешь задержаться…
— Мне казалось, что мои прикосновения стали тебе неприятны, — звучало скорее как вопрос, чем как утверждение.
Он отстранился, но все ещё аккуратно гладил её плечи.
— Не прикосновения и уж тем более не твои, а, скорее, сама моя ситуация. В смысле, когда мы в последний раз были близки? Ответ на этот вопрос для нас сильно разнится по срокам, и все это давит на меня.
— Хотел бы я сказать что-нибудь глубокомысленное по этому поводу. Но сам в таких обстоятельствах скорее всего пользовался бы каждой возможностью.
Гермиона не удержалась и хихикнула. Да, вряд ли он стал бы себя так накручивать ещё и по этому поводу.
— Даже представить боюсь. Я вообще имела бы возможность покидать кровать?
— Нет, определенно нет.
И действительно, как будто в подтверждение своих слов, из ванной Северус её вытащил, не дав высушить волосы и чуть ли не на ходу начав слизывать капли воды с груди. Подушка упала на пол, когда Гермиона запуталась в собственных ногах и неловко рухнула на кровать, но никто из них не обратил на это внимание. Она успела подумать только о том, что они оба такие восхитительно голые и не нужно опять воевать с его пуговицами, когда Снейп уже подмял её под себя. Безусловно, они опять спешили, но это было естественно и желанно. Хоть и продиктовано скорее её подступающим отчаянием, а не истинной страстью, от чего поцелуи чуть-чуть горчили. Но если бы Северус и сейчас вел себя с нею, будто она нежный цветок, Гермиона совсем расклеилась бы и ещё, не дай Мерлин, начала бы ныть прямо в процессе.