*
— Никаких новостей? — без надежды спросила Гермиона, заметив, что Гарри переставил рамку на кухню.
— Нет, — выдохнул он. — Все по-прежнему.
Сидеть поближе к печке, особенно когда Кикимер готовил, было гораздо уютнее, чем где-либо ещё в доме, полноценно отапливать который они, конечно, не могли. Становилось все холоднее. Приближалась зима. Они с Гарри все так же торчали вдвоем на Гриммо и развлекали себя только разговорами с Найджелусом да редкими вылазками наружу. Кто-то до сих пор шатался на площади и пытался разглядеть здание, но энтузиазма у Пожирателей (или егерей) явно поубавилось. Или просто народу стало не хватать с тех пор, как пропал отряд Сивого. Естественно, про его судьбу она спросить Снейпа через Блэка не могла, даже если бы сделала над собой моральное усилие.
Рон и Луна до сих пор перебирали по камушку Выручай-комнату. А Гермиона сто раз порадовалась, что приняла тоник — ещё и с эпизодами терпеть это безделье было бы совсем невыносимо. И, кажется, это повлияло на неё даже сильнее, чем предполагалось — она стала дольше спать, относительно реального времени. Раз или два ей точно удалось полноценно пролежать в кровати пол ночи, а не пресловутые пятнадцать минут.
Наверное, даже их ссору со Снейпом можно было записать в плюсы. По крайней мере, Гермиона не так сильно рвалась в школу, чтобы ещё хоть раз увидеть его. Гонять мысли по кругу ей это, правда, никак не мешало. Почему он не подумал, что разговоры о Лили Эванс могут обидеть её? Почему не догадался, чего она от него ждет? Кто из них был дураком: Гермиона со своими подростковыми страданиями или Снейп, не понявший, что просто спать с ним ей недостаточно? Или все он понял, но не стал ей подыгрывать. Зачем? Чтобы оттолкнуть? Так глупо.
И ведь не то чтобы Снейп был совсем уж не прав. На счет постели так точно. Может, её мозгам чего-то и недоставало, но тело вполне определенно просто жаждало продолжения истории. Оказалось, что сдерживать все эти низменные порывы было куда проще до того, как она, кхм, вкусила сладость греха. А ведь Гермионе казалось, что она так страдала в школе, бегая за ним и не получая желаемое. Получила. Сейчас жить без близости стало ещё хуже.
Она зажгла волшебный огонь в банке и поставила его на кровать перед собой. Можно было бы спуститься вниз, но не хотелось мерзнуть. К тому же Гермиона и так торчала на кухне вчера, а позавчера решила помыться под утро. Гарри, конечно, и без того давно заметил, что она плохо спит. Он, собственно, тоже спал не самым лучшим образом, так что ни о чем таком не думал, но лучше не давать ему лишний повод для тревог. В отсутствие новостей они рано или поздно опять начнут цапаться. Хоть бы что-то сдвинулось с мертвой точки!
Неподалеку в доме раздался настолько сильный грохот, что она дернулась, уронила банку с огнем, чудом не разбив её, и побежала в комнату Гарри. С целью не прогадала — Поттер лежал на полу, явно упав с кровати, дергался и шептал. Его глаза были закрыты, на лбу выступил пот. Выглядел он ужасно.
— Гарри! — кинулась Гермиона к нему. — Гарри, ты меня слышишь?
Он не реагировал на её крики, но как будто пытался вынырнуть из темной воды на поверхность — проснуться от своего кошмара.
— Ложь! — зашипел Гарри не своим голосом. И, словно эхо, добавил: — Ложь.
— Что? Что такое, Гарри? Что ты видишь?
Она тормошила его, казалось, ещё целую вечность, прежде чем Поттер открыл глаза и посмотрел на неё осмысленно. Гермиона не смогла сдержать вздох облегчения и сгребла его в объятья, практически падая на пол рядом.
— Просто видение, Гер… — он сбился, так сильно она сжала его ребра.
— Как ты меня напугал, придурок!
— Я же не специально.
Они посидели ещё немного в обнимку в тишине, приходя в себя.
— Что-то случилось, да? — решила уточнить Гермиона.
— Да. Он нашел Гриндевальда.
— Черт. Геллерт?..
— Уже мертв.
— И что Том теперь собирается делать?
— Думаю, — Гарри прервался, собираясь с мыслями. — Думаю, он направляется в Хогвартс.
— Что? Почему?
— Даже если ты не очень-то веришь в существование Даров смерти, Геллерт действительно был непобедим до, ну, знаешь, до того момента, когда Дамблдор одолел его в бою. Не знаю, как это произошло, но, сама подумай, если бы у Гриндевальда была особая палочка…
— Ты же не думаешь, что…
— Послушай, Гермиона, — Гарри очень хотел договорить. — Если Дамблдор победил Гриндевальда в бою, то он, вероятно, забрал трофей. Забрал себе Бузинную палочку.
— И что? Она все это время была у Дамблдора? То есть у него были все эти дурацкие Дары смерти, пусть мантию он и передал тебе ещё на первом курсе, но он все равно устроил нам какой-то безумный квест? Да в чем смысл? Мерлин! — разошлась Гермиона.
И вскочила, помогая Гарри подняться наконец с пола и сесть на кровать. Впрочем, он выглядел уже вполне бодро и двигался уверенно.
— Знаешь, и ведь она до сих пор у Дамблдора, лежит вместе с ним. Вол… Тот-кого-нельзя-называть придет за ней в ближайшее время. Все, что его удерживает — расстояние.
Гермиона так и застыла, не успев бухнуться на матрас рядом.
— Ты же не имеешь в виду…
— Он просто возьмет её. Что его должно остановить? Уважение к павшему врагу? — Гарри скривился. — Но мы можем опередить его.
— Но там же… Саркофаг. И тело… Это… — зашептала она, непроизвольно понизив голос.
— Она не должна достаться ему.
— Это просто палочка, Гарри. Даже если она особенная, тревожить могилу ради неё — неправильно.
— Он потревожит её в любом случае! — воскликнул Поттер, но замолчал и отвернулся.
— Наша задача — найти крестражи, — Гермиона решила зайти с другой стороны.
— Да ты постоянно это талдычишь. А толку? Где нам их искать? А последний Дар смерти уже почти в наших руках.
— Не в наших, а в твоих. Ты совсем на них помешался. Да и что значит «последний»? Снитч ведь так до сих пор и не открылся.
Гарри вспыхнул, все ещё не смотря ей в глаза, и нахмурился.
— И что ты предлагаешь? Сидеть тут и ждать, когда Тот-кого-нельзя-называть вскроет гробницу Дамблдора?
— Нет, — отрезала Гермиона. — Надо, по крайней мере, предупредить Снейпа.
— О, здорово! Чтобы он сам забрал палочку.
— Брось, Гарри, если бы она была ему нужна, если бы он знал и верил в эти Дары, то забрал бы её ещё на башне.
— Так можно, что угодно объяснить и оправдать, — пробурчал он, но встал и потянулся.
Они спустились вниз и потревожили Найджелуса. И Кикимера, который тут же завозился у плиты, кажется, искренне раздосадованный, что хозяин опять не спит, как положено.
— Эм, мы хотели передать директору, — Гермиона глянула на Гарри, но тот демонстративно смотрел в сторону, не желая участвовать в разговоре, — что в ближайшее время Вол… Темный лорд явится в школу. Ему нужна палочка Дамблдора. Мы думаем, — она тягостно вздохнула, — что он вскроет саркофаг, чтобы забрать её.
— Мерлин великий! — сам Финеас, казалось, был возмущен до глубины души, точнее, до самого последнего мазка краски. — Это чудовищно. Зачем она ему понадобилась?
— Он считает, что она особенная. Самая сильная палочка в мире, что-то вроде того, — Гермиона потерла нос и приняла у Кикимера чашку с успокаивающим чаем. — Я не уверена, — она опять покосилась на все ещё молчащего Гарри и решила сразу выдать свои предположения, — насколько она на самом деле ценна, но, подозреваю, что если мы опередим Лорда, то очень сильно его разозлим. Он, скорее всего, задержится в школе и перевернет там все от подземелья до башен, чтобы найти её.
Поттер вздрогнул, видимо, красочно представив себе эту картину. Там ведь сейчас был Рон. И, что немаловажно, Джинни. Не считая уж всех остальных. Найджелус кивнул и исчез за рамой.
— Если это даст ему иллюзию всемогущества, то будет только лучше…