— Нет, — отрезал Снейп, но все же дополнил: — После Нагайны. Сомневаюсь, что мисс Грейнджер стала бы использовать Адское пламя против живого существа ради собственного удовольствия.
Гермиона потупилась и вздохнула. Такой очевидный прокол, шпион из неё вышел так себе. Впрочем, она и без всяких тонких намеков ему много что сразу прямо выложила.
Они постояли вокруг уничтоженного крестража ещё немного, не двигаясь и не разговаривая. Теперь даже Гарри должен был признать, что Снейп на их стороне. Уничтожение частички своей души Воландеморт ему явно не простит. Впрочем, взаимной любви и уважения у них из-за этого вряд ли резко прибавилось. Рассуждения про отношения профессора и Поттера уже оскомину набили, но даже Рон имел к нему претензии посерьезнее, чем несправедливо снятые баллы. Вспомнить хотя бы всю эту заварушку во время убийства Дамблдора, когда его брат серьезно пострадал и чуть не погиб. Уизли первым же и заговорил, разрушив момент:
— Я так понимаю, прямо сейчас праздновать рановато, так что вы как хотите, а я, пожалуй, пойду спать. Надеюсь, Тот-кого-нельзя-называть не заявится ещё заодно и в мужскую спальню семикурсников Гриффиндора.
— Побрезгует, — фыркнул Гарри.
— Ну, если что, закидаем его грязными носками, — Рон усмехнулся, хоть и довольно мрачно.
Они все обнялись. Без Снейпа, конечно. Разрушенную диадему Гермиона завернула в старый свитер и спрятала в сумку, как и меч. Рон забрал свою мантию и ушел первым, на ходу разворачивая Карту мародёров. Несмотря на то, что его «миссия» была завершена, он все ещё не мог покинуть Хогвартс без веских причин, чтобы не подставить под удар свою семью. Гарри тоскливо посмотрел ему вслед и сам сделал пару шагов в сторону парадного выхода, в свою очередь, вытаскивая из кармана мантию-невидимку.
— Он все ещё в Европе, — Поттер говорил так уверенно, как будто только что получил свежую сводку данных прямиком от Лорда. — Раньше утра точно не прибудет, может и позже. Но мне лучше уйти, — он неопределенно кивнул в сторону. — Иначе полезу за палочкой.
— Гарри, ты иди, — как бы между прочим бросила Гермиона. — Я задержусь.
— О, ну да, конечно, — Гарри сверкнул на неё глазами (хотя, скорее, очками) и скрылся под мантией, спеша на улицу.
Так как количество палочек с зажженным Люмосом в комнате поуменьшилось, стало совсем темно.
— Ладно, — протянула Гермиона, ни к кому конкретно не обращаясь.
И подняла взгляд на Снейпа впервые за все это время. Он смотрел на неё безотрывно, не мигая, что жутко нервировало.
— Я приняла тоник, — нашлась она. — И либо он сильнее, либо мое состояние опять меняется. Я стала дольше спать, в режиме реального времени, имею в виду.
Снейп молчал, Гермиона мялась.
— Это хорошо или плохо?
— Понятия не имею, — наконец ответил он, но почему-то отчетливо хмуро. Ну, то есть понятно, почему, но… — Либо воздействие идет на спад, либо приступы во сне перестали компенсировать дневные эпизоды, что ещё проявит себя.
Гермиона кивнула и заправила прядь волос за ухо. Это как будто послужило сигналом Снейпу — он резко шагнул вперед, к ней. Она застыла, рассматривая его привычную одежду.
— Я рассказала Гарри. Про его маму.
— И как он это воспринял? — как будто только ради вежливости спросил Снейп.
Гермиона пожала плечами.
— Сложно сказать. Не думаю, что он хочет это обсуждать, но, возможно, это его, не знаю, успокоило. Лучше хоть какое-то объяснение, чем вообще ничего.
Она безотчетно потянулась к нему и поправила отвороты мантии, чтобы они лежали более красивыми складками, но руки на его груди не задержала. Разговаривать об Эванс ей тоже не больно хотелось.
— Про Сивого и его группу что-нибудь слышно? — вспомнила Гермиона.
— Да.
Она нахмурилась и обеспокоенно вгляделась в его глаза. Опять черные и ничего не выражающие.
— Их нашли?
— Наткнулись только на одного — Струпьяра, оборотня. Он не контролировал себя и напал на людей. Его убили.
— Кто-то пострадал? — спросила она, уже зная ответ.
— Конечно, — Снейп усмехнулся.
— Ясно, — Гермиона так и стояла ровно, вытянувшись, будто палку проглотила. — Зря я их не прикончила, когда была возможность.
— Если тебе будет от этого легче, то наткнулись на него другие егеря. И вся эта ситуация несколько обострила отношение стаи Сивого с Пожирателями и Темным лордом. Да и внутри группы в отсутствие Фенрира сейчас наверняка идет борьба за власть.
— С тем же успехом…
— Не заставляй себя, если это противоречит твоим принципам, — перебил он её, но говорил совершенно равнодушно.
Гермиона нахмурилась и все же подалась вперед, как всегда, смотря на него снизу вверх.
— Что ещё я не должна делать, чтобы успешно отыгрывать свою роль?
— Ничего, что сама не хочешь, — действительно, как будто сборник очевидных мудростей цитировал.
— И тебе все равно, что я решу?
— У меня нет над тобой власти.
— Но ты бы её хотел?
— У всех есть эгоистичные порывы.
— Северус, отключи уже свою гребанную окклюменцию и говори то, что думаешь, а не всю это постную хрень!
Снейп оскалился, будто только и ждал её разрешения.
— Идиотка.
— О, отличное начало, уже чувствую искренность.
— И какая правда тебе нужна?
— Твоя!
— Я тебе уже рассказал все начистоту, и что из этого вышло?
— Ты не был честен со мной до конца!
Они опять оказались непозволительно близко, но хотя бы не касались друг друга. Пока.
— Разве? Я не виноват, что мои слова тебя не устраивают, и ты хочешь услышать другие.
— У меня тоже есть эгоистичные порывы, и я… — она сбилась с мысли. — И что, все это просто секс? Развлечение?
— Да, пир во время чумы, — он оскалился и навис над ней. — Найти способ расслабиться попроще я, видимо, не догадался.
— Ты не мог бы выражаться яснее?
— Удивительно, мисс Грейнджер, как вы местами несообразительны.
— Я не хочу соображать, что бы это не значило, я хочу знать точно.
— Если я не вешаю тебе на уши лапшу про чувства, — Снейп выплевывал слова, как ругательства, — это не значит, что ты для меня пустое место. Этого достаточно?
— Нет! Поговори со мной нормально.
— На кой черт тебе все это нужно сейчас со мной? Ты ещё найдешь того, кто…
— Что? Что за чушь ты несешь? — выкрикнула она слишком громко для этого сумрачного заброшенного места.
— Брось, Гермиона. Тебе восемнадцать.
— И я на войне! А ещё у меня приступы безвременья.
— Значит, надо цепляться за первого встречного?
— Что-то этот встречный ничуть не был против стать у меня первым.
— Я не святой. И от предложенного не отказываюсь…
— И мы опять возвращаемся к тому, с чего начали.
— …но я не могу предложить тебе большего в ответ.
— То есть это все ещё секс без обязательств? Ничего личного, просто молоденькая дура и адреналин?
— Свои условия мы уже выставили — никаких третьих лиц, — едко заметил Снейп. — Полагаю, в наших обстоятельствах это правило не так уж сложно соблюсти. Уверяю тебя, я больше ни с кем не сплю.
Она поперхнулась бессмысленными словами и сникла, опуская взгляд.
— Истерика окончена? — не удовлетворился он её молчанием.
— Да, конечно, — Гермиона заправила выбившуюся прядь обратно за ухо и расправила плечи. — Извини за это. Это было лишним. В наших обстоятельствах, — она развела руками. Все же всё понимали. Гермиона тоже была понимающей.
— Задержись.
— Я пойду.
Они сказали это одновременно. Снейп криво ухмыльнулся и выпрямился, но не отошел от неё.
— Как-то уже поздно строить из себя недотрогу.
— Настроения нет.
— Даже не соскучилась? — он явно издевался.
— Гарри меня потеряет.
— А мы по-быстрому.
— Прямо здесь?
— Почему бы и нет? Или ты хочешь, чтобы я все-таки отвел тебя в свои комнаты?
— Заманчиво. Я подумаю над твоим предложением. Может, мне не так уж много осталось, а что не сделаешь на пороге отчаяния, — она так легко это сказала, что сама себе похлопала бы за актерские навыки. Даже смогла улыбнуться.