Я покосился на Таньку. Да, краснеет. Наверное, опять карету вспомнила… Вот так всегда. Нам говорят о великом, а мы помним лишь какую-то ерунду. Послушать эту Елизавету Касторовну, так я какой-то супергерой, у которого день начинается с подвига, Капитан Российская Империя. А по факту, что я делал? Да ничего. Читал книжки, гонял чаи и кофии, а заодно прилагал все усилия к тому, чтобы всё так и оставалось. Банду грабителей обезвредил… Давайте уж откровенно: не обезвредил, а спас. Кабы мы с Танькой по чистой случайности туда не заехали — эта банда самоликвидировалась бы. А спрятанных в подполе учёных нашли бы сменщики.
— И, наконец, немалая роль в победе над опаснейшей тульпой!
Я думал, что фамильярка закончила, однако она, как выяснилось, только начала.
— Вы могли подумать, что я закончила, однако я только начинаю. Александр Николаевич первым в мире начал применять магию мельчайших частиц для лечения и добился выдающихся успехов. В частности, он не только спас от смерти белодолского прокурора Фадея Фадеевича Жидкого, но и излечил его от врождённого недуга, отравлявшего ему существование.
Ну да, Старцева упоминать как-то неприятно, а того мужика, который об бордюр головой брякнулся — несолидно. Господин Жидкий — самый презентабельный кейс в моём портфолио. Был, правда, ещё Барышников, но там как-то блёкло. Ну кто такой Барышников? Студент, фи. Впрочем, упомянули и его. А также то, что я самоотверженно взялся лечить от ранее полагавшегося чуть ли не неизлечимым недуга простой народ. Тут я поймал взгляд Леонида и не сумел его выдержать. Страшен был этот взгляд и пылающ, аки преисподняя.
Несмотря на то что прелюдия была столь внушительной, финал мне поначалу показался банальным. Меня пожаловали тем же самым орденом Александра Невского, что и Вадима Игоревича. А я уж думал, Андрея Первозванного дадут, эх… Ну, видать, чином не вышел, ладно. За Невского внукам в ломбарде тоже должны нормально отсыпать.
Однако когда я уж совсем было собрался занять место за кафедрой и поблагодарить царя и Отечество, а также, пользуясь случаем, передать привет маме, мне вручили именную саблю, огорошив уже вторым залпом медных труб.
Но и после этого меня не пустили за кафедру. Елизавета Касторовна буквально в неё вцепилась, готова была драться за право стоять за ней. И продолжала:
— Великие люди славны тем, что рядом с ними все становятся великими. И сегодня нам бы хотелось отметить заслуги жены Александра Николаевича — Татьяны Фёдоровны Соровской. В прошлом году благодаря её усилиям был найден клад, считавшийся утерянным больше ста лет.
Ну вот, опять то же самое. «Благодаря усилиям». Каким усилиям, Господи? Её каменная статуя похитила, там всех усилий было — огонёк в пещере зажечь и осмотреться. Интересно, все подвиги, которыми мы восхищаемся, по факту для героев выглядели именно так?..
— Возвращение этого клада Франции поспособствовало существенному улучшению международных отношений. Но и помимо этого, Татьяна Фёдоровна продемонстрировала выдающиеся талант, ум и целеустремлённость. Будучи студенткой второго курса, она сдала экзамены за седьмой и уверенно защитила дипломную работу. Проявила стремление как можно скорее стать самостоятельной и начать приносить пользу Отечеству. Мы не можем не отметить важную и прогрессивную тему дипломной работы Татьяны Фёдоровны. Действительно, несмотря на многочисленные примеры интегрирования представителей мещанского сословия в государственный аппарат, интеллектуальная, культурная пропасть, разделяющая аристократию и простой народ, остаётся невероятно широкой. Эта общественная проблема сегодня наиболее остро стоит перед нами, и в своей работе, которая в настоящий момент изучается в Москве, Татьяна Фёдоровна указала на многочисленные изъяны системы общественного устройства, а также наметила пути решения. И всё это не пустое теоретизирование. Едва окончив академию, Татьяна Фёдоровна устроилась на службу преподавателем в гимназию.