Несколько минут мы сидели молча. Я боялась нарушить тишину неуместными словами, а уместных придумать не могла. Меня словно обожгло. Теперь я смотрела на ситуацию в комплексе, и картина вырисовывалась некрасивая. Выходило, Вадим заменил мной свою прежнюю любовницу, которая наложила на себя руки в возрасте двадцати девяти лет по неизвестным причинам. Хотя, если сложить все факты, причины становились более, чем понятными — видимо, она его любила. А это, как говорят французы: "был не повод не покончить с собой".
— Cheri, мы с Вами совсем заболтались, завтра нам рано вставать и день предстоит не из легких, давайте ложиться спать.
Бриджит потушила свет, и мы улеглись в кровати. Я долго ворочалась, снова и снова переваривая разговор с моей новой знакомой. Я не осмелилась расспросить ее, какую именно сцену наблюдала Бриджит, не хотелось демонстрировать ей повышенную заинтересованность и афишировать факт моей связи с этой самой сволочью.
Ночь выдалась отвратительной, мне так и не удалось заснуть. Голова раскалывалась, на ум приходили страшные мысли и предположения. Я провалилась в сон только в шесть утра, а в семь прозвонил будильник. Наступило утро одного из тех дней, о которых ни за что не хочется вспоминать в старости.
Глава 16
Гламур — это миф о хорошей, красивой правильной реальности, расходящейся с реальной действительностью.
В два часа дня все было готово к празднику, начало было намечено на четыре.
Мы с Бриджит стояли на балконе второго этажа, если такое понятие применимо к замку, выстой двадцать метров, и курили тонкие сигареты с ментолом. Нашему взору открывался потрясающий вид на небольшую деревеньку, расположенную в близости от замка. Когда-то это крохотное поселение с красными крышами было феодальным владением хозяев этого значительного памятника истории и архитектуры.
Все участники организационной части вечеринки находились в состоянии полной готовности, одним словом, в состоянии готовности к чрезвычайному положению. За них, к счастью, волноваться не приходилось.
Я еще не успела переодеться в праздничную одежду. На мне, как и вчера, были надеты черные джинсы и футболка с медвежонком. Всегда предпочитала оставлять самое приятное на десерт, в отличие от Бриджит, которая с самого утра облачилась в роскошный брючный костюм грязно-белого цвета от Сони Рикель, дополнив эффектный наряд пикантной шляпкой с маленьким перышком в тон костюму. Эта женщина выглядела невозмутимо, как и ее костюм. От вчерашних переживаний не осталось и следа. "Бриджит Тэтчер" вернулась в свое тело, изгнав из него все тревоги и сомнения. Она элегантно курила тонкую сигарету, изредка потягивая белое вино из бокала с высокой ножкой. Эта женщина была мне симпатична. Чем больше я узнавала мою французскую коллегу, тем большим уважением проникалась к ней.
Мы вели непринужденную беседу. К разговору о Вадиме и Вике мы больше не возвращались. Мне показалось, что Бриджит пожалела о своей откровенности, и сегодня нарочито говорила на отвлеченные темы. Я тоже не решалась возобновить разговор об интересующем меня предмете.
В поле моего зрения появился Максим, который сидел на скамье под шатром и увлеченно беседовал с одним из актеров, переодетым в "голый" костюм ангела.
— Ваш сотрудник любит мужчин?
Судя по всему, Бриджит было свойственно менять тему разговора в самый неожиданный момент, как раз во время обсуждения анти возрастного крема и питательной маски для лица. Я внимательно посмотрела на Максима. Ведь я ни разу не задумывалась о Максе, как о человеке. Мне и в голову не приходило подумать, что он кого-то любит, настолько слово "любовь" было чужым для этой вычислительной машины.
— Честно говоря, я не знаю. Вы так думаете?
Бриджит улыбнулась, указав рукой в сторону Макса.
— Я ведь всю жизнь прожила в Париже, наблюдая людей из бомонда. Представителя сексуальных меньшинств я распознаю с тридцати метров. Ваш сотрудник — стопроцентный гей, без вариантов.
Мне пришло в голову, что было бы неплохо познакомить его с Витей, если только у Макса никого нет. Сваха из меня всегда была не самая лучшая, поэтому я тут же отбросила этот план, сочтя его заранее провальным.