Я проснулась внезапно. Мне показалось, что кто-то тянет меня за ногу. Но это была просто сонная иллюзия. Я осмотрелась, в комнате никого не было. Вадим так и не приехал вчера вечером, левая половина кровати осталась застеленной покрывалом.
Я почувствовала ужасный голод и решила заказать завтрак в номер. Какое, все-таки, прекрасное изобретение — кредитные карточки! На моей VISA оставалось не более полутора тысяч Евро, но на них можно было хорошо перекусить даже в стране Евросоюза.
В ожидании своего завтрака состоящего из свежих булочек, джема, сыра и кофе, я включила телевизор, как говорится, для создания звукового фона. Мне было слишком страшно и одиноко оставаться наедине с собой и своими кошмарами. Я щелкала дистанционным управлением, находя разные каналы: Евроспорт, Евроньюс, TV France, MTV, и даже итальянский Rai Uno. Вообще, сказать по правде, мне нужен был не просто звуковой фон, я искала утренние новости, только боялась признаться себе, что ищу известие о смерти девочки.
Французские новости ничем не отличались от российских: несколько сюжетов о сельском хозяйстве, несколько — о визитах французского президента в зарубежные страны, немного о политической ситуации за рубежом, какая-то информация о надвигающемся урагане на юге Франции.
Я уже потеряла надежду услышать что-либо интересующее меня. Новости всегда умудряются нагромождать как интересными событиями, так и всякой ерундой. Это схема позволяет, удерживать внимание телезрителей в постоянном тренаже, и используется абсолютно всеми главными новостными редакторами. Об этом мне рассказывала моя бывшая однокурсница, а в настоящее время, редактор новостей на канале РТР — Лена Андреева.
На экране в очередной раз появился симпатичный ведущий новостей на фоне голубого глобуса. Он сделал подводку к репортажу, сказав несколько слов о растущей преступности во Франции, после чего журналист с микрофоном начал рассказ о теле, найденном в Булонском лесу.
Тело из Булонского леса меня не интересовало. Я отвернулась от экрана и стала всматриваться в окно. Только что хлынул дождь, и капли с силой застучали по крыше и алюминиевым карнизам. Все как дома. Как мне хотелось сейчас оказаться в своей квартире, в Москве!
Я бросила взгляд на экран, где как раз крупным планом показывали тело, завернутое в целлофан, прямо как в известном сериале "Твин Пикс". Присмотревшись внимательнее к лицу убитой женщины, я чуть не свалилась с кровати. В настоящий момент, вся страна смотрела на синеватое лицо мертвой Жаклин Ренуар.
— Булонский лес всегда считался одним из самых небезопасных мест в черте Парижа. Только за последний год здесь было найдено более тридцати тел, двенадцать из который, до сих пор не опознаны, — тележурналист с энтузиазмом освещал событие. У кого, у кого, а у этого парня день начался хорошо. С самого утра интересное происшествие и четыре минуты эфирного времени в прайм-тайм.
У меня заломило в висках. Какого черта Жаклин нашли в Булонском лесу? Как туда попал ее труп? В моей памяти всплыл разговор Вадима с неизвестным мне абонентом. Он договаривался о чем-то, что нужно сделать, аккуратно, как всегда, и без шума. Так вот, значит, как мой шеф уладил вопрос. Девушку просто вывезли за тридевять земель от действительного места преступления, замаскировав происшествие под случайное убийство в месте, где убийство — не новость. Ни в коем случае нельзя было бросить тень подозрения на хозяина торжества, самого Вадима, и главное, на убийцу — теле магната Франка Маронье, который, конечно же, давно придумал себе алиби со своим адвокатом на случай тревоги.
Слишком много слишком богатых людей выступили за сокрытие убийства этой девочки. Что означала одна маленькая смерть против телевизионной империи и миллионной сети развлекательных заведений?
В этой ситуации, мне, пожалуй, тоже было, чего опасаться. Я — непосредственный свидетель убийства, о чем Вадима по глупости сообщила сама. У него оставалось два варианта заткнуть мне рот: убить, что довольно рискованно, или хорошо заплатить, что тоже рискованно, потому что не дает никаких гарантий моего молчания. По всему выходило, что убить — проще и надежнее.
Бежать мне было некуда. Во Франции с моим капиталом и десятидневной визой, долго не пробегаешь. Я не героиня романов Татьяны Поляковой, и мой герой, вряд ли начнет меня спасать по элементарной причине отсутствия такого героя. Мне оставалось только ждать, какое решение примет мой шеф. Станет ли рассказывать остальным заинтересованным, что я в курсе дела, или оставит все как есть, положившись на мое обещание молчать.