- Слишком глубоко, не могу нащупать.
- Так разрежем его. – с радостной мордашкой предложила Тиэ.
- Надо так надо, - сразу закивал мужчина. – Время уходит.
- Прекрасный план, надежный, как швейцарские часы, - пробурчал я. – Ладно давай, только залечи потом.
- Я не могу, Дар не может вредить живым, - сказала белоглазая.
- На прикуси, - горец оторвал край простыни и скрутил в трубочку. – Лили, говори, где резать.
- Вот, у верха живота, сразу под грудиной, чтобы дар смог проникнуть.
Когда тебя режут без обезболивания оказалось так же херово, как удары по яйцам молнией. Но все стало еще хуже, когда внутрь проник холодный щуп, пробираясь куда-то к сердцу. Я покрепче закусил тряпку, уставившись в потолок. Нужно терпеть, если хочешь вернуть карты.
Надо мной повисла зеленая физиономия.
- Че те надо, предательница? – прохрипел я.
- Прости… - начала гоблинша, но ее прервал звонок на комп.
На экране сверкала острыми голыми грудками Лед. Она с любопытством оглядела нашу компанию, и привстала, будто пытаясь заглянуть за рамку экрана.
- Кто-нибудь просветит меня что-происходит? – наконец спросила она.
Мне болтать не хотелось. Щуп вертящийся в грудной клетке не очень располагает к общению, но пришлось пересилить себя.
- Я пытаюсь вернуть свое имущество, а эти благородные господа мне помогают.
- Вообще, почему мне это интересно? – внезапно удивилась девушка. – Ты узнал что-нибудь?
В предельно краткой форме, я пересказал все сведения, что раздобыл в соседнем мире.
- Мы встречали неживого у заброшенн… - белоглазка не успела договорить, поскольку у нее вывалился язык.
- На заводе, - продолжил горец. – Здоровенный парень, назвался Генрихом, никогда не видел таких больших людей. Он мог управлять черным пламенем. Еле сбежали оттуда.
- Думаю, что мы нашли того, кто завладел твоей способностью, - улыбнулась Лед. – Насколько силен он был?
- Наверное, очень сильный, - пожал плечами горец. – Сопротивляться было бессмысленно, мы ушли лишь потому, что он застыл, как статуя.
Я ощущал, как на животе подрагивает омерзительно холодный язык, выпавший из рта девочки.
- «Нашла. Теперь я вижу ее. Сейчас я тебе подлечу», - Закончив, Лили обрадованно вскочила и потянулась рукой к мужчине.
- Ладно, Кай, у меня есть сведения для тебя, но твои промашки меня очень огорчают, - сказала Лед. – Мне нужна одна из еретических карт, тогда поговорим. Пока.
- Гнусная женщина, - высказала мои мысли Тиэ.
- Нет времени. Если идете, то быстрее, - недовольно сказал горец.
Прости соседка, но тебе придется полежать здесь, пока я не вернусь. На всякий оставлю дверь открытой, если явится служба правопорядка. Из автомата я конечно знатно пострелял, наверняка весь район слышал.
- Кстати, гоблинское отродье, что за маску ты схарчила?
- Я ее не ела, - с обидой протянула зеленокожая. – У нашего народа есть особенное место в животе. Что за штука не знаю, отец сказал хранить, как последнего моргла.
- Мощный артефакт-слепок, - сказал горец и отчего-то смутился. – Это она передает. Сделан из духовных кукол.
- А вам он на кой ляд?
- Мой живот, моя вещь! – закричала гоблинша.
- На месте разберемся, давайте сначала найдем ее, - горец ускорил шаг, буквально таща за собой девочку.
Причудливая плоть
Далеко идти не пришлось. Через полкилометра мы нашли пропажу. Голова воришки была пришпилена к дереву стрелой. Прохожие не обращали никакого внимания на труп эльфийки с простреленной башкой, лишь ускоряя шаг. Естественно, что никакого мешка с картами при ней не оказалось.
Лили подергала труп за руку, и он с усилием оторвал голову от ствола, и наклонилась, святя дыркой в черепе. Язык оказался испорчен - от выстрела в башке все перемешалось в кашу. Белоглазка неожиданно развернулась и потащила нас обратно, пока мы снова не оказались возле моего дома.
- Тиэ, не хочешь в качестве извинений одолжить язык? Мне жутко интересно, что скажет наша проводница.