Мысленно заливаясь визгливым смехом – встал ведь на пути такой дурак! – Бестужева позволила себе немного побыть жертвой, а Уютову – насладиться безграничной властью.
Вскочив с кресла, она попыталась вышмыгнуть из комнаты, но охрана вновь взяла ее на прицел.
- Я в ловушке, - смиренно сказала колдунья, возвращаясь в кресло, - «хладное железо» препятствует любому колдовству…
- То-то же. Надеюсь, мы с вами подружимся.
…Однако, - продолжила женщина, загадочно улыбаясь, - оно не мешает отдавать приказы.
В ту самую секунду все как один охранники коротко мыкнули и попадали на пол. Последним рухнул Роман Егорович. Около каждого появился темный силуэт, держащий на весу пропитанную чем-то тряпку.
- Что за?..
- Не дергайтесь, Семён Станиславович, - потрепала его по щеке Бестужева. Театральность жеста слегка портили наручники. - Ваши снайперы так же крепко спят, а когда проснутся, не будут ничего помнить. Если проснутся.
- Что это? – пролепетал Уютов. - К-кто они?
- Моррий, магический эфир. Стирает память и в больших дозах приводит к летальному исходу. А эти милые юноши – Тени… Вам нехорошо, Семён Станиславович? Может, окошко открыть? – откровенно издевалась Ирен.
Посеревший мужчина таращился на груды безжизненных тел. Он, наконец, понял, что натворил, явившись «с мечом» к древней ведьме.
- Вы заявили, что людские потери – ерунда, - она освободилась от наручников и кликнула Ульяну. - Еще чаю... Так вот, мой милый властелин, это только начало.
Семён замер на месте, просчитывая варианты. Выход есть всегда, и не родилась еще та баба, что способна его обдурить!
- Не в моих правилах менять решение, поэтому сделку мы с вами заключим. Как положено, с договором и оплатой, только… на моих условиях.
- Я вас слушаю, - внешне невозмутимый бизнесмен пытался вскрыть защиту Ирины. Тщетно – ведьма будто сидела в сейфе.
Условия Бестужевой заставили ахнуть ко всему привычного дельца. Согласиться на них означало фактически продать себя в рабство. Причем, деньги ее интересовали в последнюю очередь.
- Мне нужен слуга, - пояснила колдунья. - Ловкий, сообразительный, расторопный и, главное, верный. Вы являетесь идеальной кандидатурой.
- А спинку медом не намазать? – с отвращением спросила «идеальная кандидатура». - Или я, по-вашему, круглый идиот?
- Решать вам. Пути всего два: уйти самому или вперед ногами. Хотя прежним вы отсюда всё равно не выберетесь.
- Думаешь? – прошипел он.
Попытки сбежать были встречены доброжелательно, почти восторженно. Ирина с любопытством наблюдала за мечущимся по квартире мужчиной. И пистолет, и магия, и угрозы с убеждениями оказались бесполезны.
- Ульяна, закрой окно, - велела Бестужева. - У меня слабое здоровье, а Семён Станиславович пока не отрастил крылышки.
- Маги не имеют крыльев, - уныло буркнул страдалец, возвращаясь на своё место.
- Почему же, властитель мой? Крылья – прерогатива Светлых, нам с вами остается довольствоваться помелом.
Ирина говорила долго, терпеливо разъясняла детали, порой благосклонно, но чаще всего сухо и деловито. Иногда она снисходила до вопросов, пару раз улыбнулась и приказала подать шампанского. Бизнесмен, сам того не замечая, запутывался в сладких речах, как муха в паутине, всё сильнее и сильнее. Затея подмять под себя древнюю ведьму была заранее обречена на провал, то есть на тотальное подчинение, однако маг не может целиком поработить другого мага, и чайную ложку собственной воли Уютов сохранил. Этой ложки едва хватало на редкие вспышки бунтарства, но в остальном Ирен приобрела толкового состоятельного слугу, одну из шестеренок в отлаженном механизме плана.
Из охраны владельца фирмы «Steady&Reliable» в живых остался лишь Роман Егорович: он напомнил Ирен давно почившего дедушку и показался «забавным».
***
- Ты ездишь на этом каждый день? – ужаснулся Артемий, не досчитавшись трех пуговиц.
- Ведь кое-кто предлагал пойти пешком, - невинным тоном напомнила я. - «На машине быстрее, на машине быстрее!» Это на твоей машине быстрее, а здесь еще выжить надо.
В общественном транспорте нас основательно потрепали. Рейс на девять-тридцать – по умолчанию час пик. Наученная горьким опытом, я стоически терпела тычки и на оскорбления отвечала гордым молчанием. Воропаев поначалу держался, но потом в общую лодку забрался один о-очень скандальный мужик…
- Ну зачем ты к нему полез? Ни разу в маршрутке не ездил? Этот еще нормально выражался, - я приводила наш внешний вид в подобие культурного. Продублировав потерянные пуговицы, ловко приладила их на место.
- В том-то и дело, что «выражался»! Когда тебя внаглую мешают с грязью, не до приличий, знаешь ли.
- Как маленький, честное пионерское! Предлагаешь со всеми тетками на рынке, в магазинах и прочих очередях ругаться? А они поживописней выражаются, – я покачала головой. - Проще мимо пройти, здоровее будешь.
За этот ласково-снисходительный взгляд типа «яйца курицу не учат» была готова прибить на месте. Со свидетелями как-нибудь разберусь.
- Хорошо, дитя мегаполиса, спорить не буду, - слукавил Артемий. - Куда нам, провинциалам…
Жаркий спор был прерван появлением дозора нашего двора. На той самой скамеечке, где я когда-то кормила Бубликова, грелись на весеннем солнышке местные бабули. Они не появились из ниоткуда, просто я вспомнила о них в последний момент и предупредить не успела.
- Становиться Оленькой уже поздно? – прочел мои мысли Воропаев.
- Да ладно, - обреченно махнула рукой. - Забодала эта конспирация, пускай шепчутся.
- Всегда удивляла твоя зависимость от чужого мнения. Открою страшную тайну: всем наплевать. Ты не суперзвезда и не королева Англии, чем твоя жизнь интереснее?
- Одно дело «общественное мнение», - изобразила пальцами кавычки, - а совсем другое – они. Вот увидишь, тебе придумают имя-фамилию, припишут должность в правительстве и торговлю наркотиками. У нас другие не ходят.
Он рассмеялся и демонстративно взял меня за руку.
- Улыбнись и наплюй.
- Здрасьте, - буркнула я, покорно натягивая улыбку.
- Здравствуйте! – нестройным хором отозвались бабульки.
Забегали, забегали хитрые глазки. Объект замечен, идет сканирование…
Удар был нанесен предательски, в спину.
- Верка-а, стоять бояться!
- Блин-блин-блин-блин, - тихонько заскулила я.
К нам бодрой трусцой приближалась Элла. От позорного бегства меня удержала стальная хватка любимого. Наивный, не понимает, чем это грозит!
- Соболева, мать-перемать!
Не утруждая себя приветствием – соседки негодующе заклокотали, – Элька остановилась и открыла рот для очередной тирады.… Челюсть подруги некрасиво отвисла. Старушки перестали шипеть и прислушались.
- Здрасьте, - вот где сканер, всем сканерам сканер!
Я буквально видела, как в ее голове крутятся колесики, скрежещут винтики и шестеренки.
- Привет. Извини, но мы спешим…
- И не представишь? – с каких это пор она разучилась понимать намеки?!
Представила. Бабульки даже дышать перестали. Убью Элку, совсем мозгов нет!
- А я как раз к тебе. Сегодня во вторую, дай, думаю, загляну, - тараторила она, пожирая глазами Воропаева. - Хочу пирог по теть Светиному рецепту забацать…
Да что ж за день-то такой?!
- Постой-ка, - насторожилась подруга, - у тебя вроде работа…
- Я как раз туда собираюсь, только кое-что возьму.
Артемий мысленно закатил глаза. Привычка оправдываться въелась мне в плоть и кровь.
- Тогда пойдемте вместе! Тетя Света обрадуется.
«Ага, обрадуется!»
«Мне вмешаться? Хуже будет»
- Ой, совсем забыла, - хлопнула себя по лбу. - Подарок Маше приготовила, а открытка? Что делать, опоздаем ведь!
- Давай я схожу, - включился в игру мой начальник.
- Да-да, здесь как раз неподалеку канцтовары…