Ариадна бежала на утес, к морю. Неожиданно стал накрапывать дождь, но и буря не остановила бы ее. Зло и пронзительно кричали чайки. Хрипло перекликаясь, они устроили в воздухе какой-то безумный танец. Ариадна подняла руки и, как менада, дикая и необузданная заплясала на самом краю утеса…
– Разве она не божественна? Ты только взгляни на нее, – обратился Дионис к Афродите.
Он не мог отвести взгляда от танцующей Ариадны. Нет, эта царская дочка должна принадлежать только ему.
– Что ты хочешь от меня? – недовольно поморщилась богиня.
– Украду, увезу, зацелую…
– Это ты можешь сделать и без меня, – фыркнула Афродита. – Напои ее зрелым вином, и она твоя.
– Э, нет, – погрозил ей пальцем Дионис, – я хочу, чтобы она пошла со мной по своей воле, а еще лучше по любви.
– Глупец!
Афродита зашлась в смехе.
– Ты бы поторопился, – просмеявшись, сказала она. – Царская дочка танцует от радости, потому что и про ее честь юноша афинский нашелся.
– Лжешь, – Дионис схватил богиню за горло.
Он заскрежетал зубами от гнева. Афродита не на шутку испугалась.
– Что ты хочешь от меня? – спросила снова она.
– Пусть Ариадна меня полюбит, – сказал Дионис.
– Зачем она тебе, она же некрасива? – Афродита потерла горло – теперь синяки от пальцев Диониса несколько дней будут украшать ее белоснежную шейку. Надо придумать какое-нибудь оправдание. Не скажешь же, что отказала богу в помощи в любовных делах. Засмеют же на Олимпе – богиня любви не смогла влюбить девчонку в Диониса. А как она может это сделать, если ее сердце еще не готово любить, оно как нераспустившийся бутон розы. Но придет и ее время.
– Хоть ты и богиня любви, но в самой любви, а также в женской красоте ты ничего не смыслишь, – рассмеялся Дионис. – Эта девушка в сотни раз красивее тебя.
Афродита обиженно поджала губы.
Зря он так сказал – коварней обиженной женщины нет никого на свете.
Глава 13
Наше время. Маленькая однушка в центре города.
– Тебя чем-то расстроит телефонный звонок? – спросил Филимон.
Они обнаженные лежали под простыней, тесно придавшись друг к другу.
– Я тебе не понравилась в постели. – Равнодушно сказала Ариадна.
Раньше такого вопроса она не произнесла бы – воспитание не позволило. Но последнее время с ней происходило нечто странное – с посторонними она стала выдавать себя за стервочку, изображая при этом, что сильна характером. Но в данную минуту она вдруг осознала, что заигралась – никакая она не стерва, а маленькая испуганная девочка, которая хочет спрятаться за бравадой.
– Прости, – сказала Ариадна и под простыней провела прохладными пальцами по животу Филимона. – Мы разговаривали про сознательное и бессознательное.
– Сублимация – это лучше и легче, чем просто тихо сходить с ума от осознания собственной никчемности и неспособности что-то поменять.
– Что? – не поняла его Ариадна.
– Я говорю о сублимическом восприятии, – произнес он.
– Кто ты?
Ариадна зажмурилась, боясь услышать ответ.
– Я? – Филимон растерялся и не нашелся сразу, что сказать. Повторить свое имя по паспорту? Глупо. Назвать профессию по диплому? Еще глупее. Рассказать ей, чем он занят по жизни на самом деле? Глупость в квадрате.
– Всякий раз, когда я оказываюсь с женщиной наедине, мне становится ее жаль буквально после пары минут общения, – продолжил он, немного помолчав. – Вру. Не всегда. Но очень часто. И всякий раз хочется убежать от нее подальше. Только поэтому я до сих пор не развелся с женой, с которой, кроме детей, нас в сущности больше ничего не связывает. Мы с ней боимся оставаться один на один. Когда она дома, я стараюсь куда-нибудь улизнуть под благовидным предлогом. Укладываю детей в постель и в клуб, например. Или бесцельно слоняюсь по улицам, иногда езжу на автомобиле.
– Я уже задавала вопрос – почему вы не разведетесь? – спросила Ариадна. Ей не хватало только мужских откровений. Но с другой стороны, она первая начала ему изливать душу, теперь ее час подставлять жилетку, – Вам обоим стало бы легче.
– А я уже отвечал тебе на него, – хмыкнул Филимон. – Брак создает иллюзию стабильности и защищенности. Опять же, чем сильнее мужчина женат, тем он лучше. По крайней мере, так кажется окружающим. И вокруг женатых мужчин не только моего возраста, и пусть они лысоватые, с брюшком, и отдышкой, вьется гораздо больше молоденьких девушек, да и не очень молоденьких барышень, разочаровавшихся в замужестве, чем вокруг холостяков, пусть и разведенных.