– Как скажешь, – не стал настаивать Филимон.
Он по-хозяйски обнял Ариадну поперек живота.
– Тогда я с вашего разрешения, посплю немного, – сказал он, утыкаясь ей носом в шею…
А Ариадне опять не спалось, никак не давали покоя слова Ирины Иосифовны. После первого разговора с ней она чуть под машину не попала, правда, тогда не повстречалась бы с Филимоном, а второй разговор вообще вывел ее из душевного равновесия.
Она не могла поверить, что Тим мог кем-то манипулировать. Да и зачем ему это? Он успешный психоаналитик, лечит словом. А манипуляторы, как правило, калечат. Она же видела, что к нему приходили на повторные приемы – и не один или два посетителя, а много. Много. Или он внушал, что нужен им? Нет, ей не нужны сведения Тиме и докторе Бушко.
Ариадна потрясла за плечо Филимона.
– Узнай-ка мне по твоим каналам все про Офелию Грей, – попросила она.
– Утром напомни мне, – попросил он сонно. – Сделаю для тебя все, что ни пожелаешь…
Тим утром снова не позвонил, даже не поинтересовался, как она. Но к вящей радости Ариадны на прием не опоздал, правда, как и накануне, был зол и не улыбчив.
– Что случилось? – поинтересовалась Ариадна.
– Ничего, – помотал он головой, – небольшие семейные проблемы, но это решаемо.
В течение всего дня, как только выдавалась свободная минута, Тим кому-то звонил, что-то согласовывал, назначал встречи. Аридна к нему не лезла – занималась своими прямыми обязанностями и ходила к Регине пить кофе, когда делать было нечего. Запись, давившую на нее, которую скинула на рабочий ноутбук так и не просмотрела – то руки, то ноги не дошли, а точнее, ей надо было бы остаться одной, но то Тим крутился рядом, то посетители приходили и не уходили, то еще находилась какая-то очень важная причина. Ей неожиданно вспомнилась Марина Ивановна, подружка бабушки, у которой никогда не было времени в виду большой занятости на внучку Танечку, так и ей сейчас постоянно что-то мешало. Подсознательно Ариадна понимала, что на самом деле боялась остаться один на один с ноутбуком, поэтому и отодвигала, и отодвигала просмотр на потом.
В конце рабочего дня в ее предбаннике появился Тим. Выглядел он не лучшим образом, словно по нему прошелся каток – волосы всклокочены, чего раньше не наблюдалось, костюм помят, как будто он валялся в нем на диване в своем кабинете.
– Ариадна, – виновато произнес он, опустив голову, – тебе придется провести выходные без меня.
– Ничего страшного, – улыбнулась она ему в ответ, ласково прикоснувшись к плечу. – Я найду, чем заняться и куда пойти. Не переживай, встретимся в понедельник на работе, как обычно в девять ноль-ноль.
Наконец, первый раз за день, улыбка тоже появилась на лице Тима.
– С меня конфеты, – произнес он весело. – Да, кстати, я совершенно не помню, любишь ты их или нет.
– Люблю, – кивнула Ариадна. – Шоколадные.
– Я тоже к шоколадкам не равнодушен, – отозвался Тим. – нам надо поставить чайник в твоей комнате и огромные вазы с конфетами для детей и взрослых…
– Кулер, – поправила его Ариадна. – С чайником возни слишком много, к тому же его надо поддерживать в презентабельном виде.
– Но кулер, – Тим поморщился, – это так пошло.
«Пусть будет чайник», – согласилась Ариадна и вздохнула.
Она хотела бы провести с Тимом выходные где-нибудь на природе, за городом, на какой-нибудь базе отдыха, чтобы поговорить с ним, понять его лучше, но видимо, не судьба.
– Не грусти, – попросил Тим ее, целуя в щеку, – у нас с тобой будет еще время, которое мы посвятим друг другу. И никого рядом не будет. Обещаю…
Раньше Ариадна мечтала о выходных, а теперь не знала, что со свободным временем делать. Она убралась в квартирке, перестирала белье, вычистила и привела в порядок свои рабочие костюмы. Что еще? Из почтового ящика вынула бесплатную рекламную газету «Звонок», где публиковалась информация, куда можно пойти на выходных. «В Краеведческом музее выставка…». Глаз зацепился за объявление. Пусть будет Краеведческий музей. Какая ей разница, где убивать время? Так уж лучше с пользой это делать.
На всякий случай набрала номер бабушки. А вдруг она подобрела, тогда можно навестить ее, а не тащиться через весь город в Краеведческий музей. Но ее телефон не отвечал. В груди защемило. Неужели впрямь сублимация – это лучше и легче для нее.
«А вдруг с бабулей что-то случилось?» – забеспокоилась Ариадна, трясущимися руками набирая номер Ирины Иосифовны. Та вчера о бабушке ей ничего не сказала.
– Что случилось? – спросила она недовольно.
– Бабушка, как она? – промямлила Ариадна.
– Да что с ней сделается? – Ирина Иосифовна выругалась. – Не бери в голову, она нас с тобой вместе взятых переживет.