— А сейчас сколько?
— Восемь, — встряла Лина. — Кофе, кстати, вкусный.
— А яичница резиновая, — Ева театрально потыкала желток вилкой, а он даже не дрогнул. Не поймите неправильно, но не одному мне не повезло с яйцами.
— Ясно. Соберетесь — зайдете за мной, — так и оставив завтрак нетронутым, Николай Алексеевич ушел в номер. И как я не догадался взять что-то от похмелья?
Потом сбежали девушки, а Саша не торопился.
— Что вы делали вчера? — меня насторожило то, что он взялся за ножь.
— Говорили.
— И все? — он легким жестом направил острие на меня, а потом рассмеялся: — Да ладно тебе! Расслабься! Я шучу, — вместо моей шеи, нож прошелся по курице. Смех парня меня не воодушевил, напротив, заставил сглотнуть. — Ян, я примерно понимаю, что у них там с Ваней случилось, поэтому советую пока не лезть.
— О чем ты?
— Ты и так все понял. Я их общий друг, но есть такая штука, как «мужская солидарность», — он многозначительно посмотрел в мои глаза, а потом молча встал из-за стола и ушел, оставив меня допивать чай в компании замешательства и ножа. И что же я вижу под маской, которую удалось снять с Александра?
Как оказалось, обмер выглядит весьма забавно. По газону ходит старичок с бумажками, его борода едва колышется на ветру, а рука рисует кривые подписи на досочных плавниках. Он хоть буквы еще видит?
После этого открытие казалось зрелищным. На сцене парень красиво спел какую-то итальянскую песню, девушки за его спиной исполняли народные танцы в пестрых костюмах. Организаторы даже умудрились привлечь оркестр с дымовыми эффектами. В конце представили каждую команду - ребята умело казались друзьями, а не соперниками.
Гонщиков отправили вооружать матчасть, тренеров забрали на собрание, а докторов повели внутрь яхт-клуба. У меня был один кабинет на двоих с греком. У него был точеный нос, недлинные кудри, уложенные гелем, светло-карие глаза. Он был полной противоположностью меня. Единственное сходство: возраст, даже характеры улетели в разные стороны. Коллега оказался дотошным, он едва ли не собирался сантиметров вымерять, какая часть кабинета кому принадлежит. Что ж, я буду рад «немного» над ним поиздеваться.
Но все же вместо пакостей я решил пожелать ребятам удачи. Они выглядели расслабленными, смеялись. Но кто-то выбрал другую тактику: сверлил соперников взглядом и хрустел костяшками.
— Сколько примерно длится тренировочная гонка? — краем глаза я заметил подошедшего тренера.
— Совсем недолго, они поставили короткую дистанцию.
— Она нужна, чтобы почувствовать соперников?
— Не совсем. У каждой акватории свои условия. Сейчас они оценят плотность воды, с какой стороны будет заходить ветер при сегодняшнем направлении, угол волны, течение, есть ли водоросли на разных участках дистанции. Ну, во всяком случае, я на это надеюсь, — хмыкнул Николай Алексеевич.
— Что думаете насчет призовых мест?
Он горько рассмеялся:
— Хорошо бы России хоть одно привезти. И скорее всего дело будет за малышней. У старших слишком высокая конкуренция. У Саши и Евы это первые соревнования за границей. Они не займут мест, но такой опыт поднимет их в российском рейтинге. Они поймут, что такое настоящий агрессивный старт.
— А Лина?
— Оставим твой вопрос без ответа, — он хлопнул меня по плечу и пошел к кромке воды.
***
Холодно. Хочу горячего чая после гонки.
— Ты финишировать будешь? — ко мне с правого галса подошел Саша.
— Посмотрим, — отмахнулась я. В тренировочной гонке это не обязательное условие, она не идет в зачет. К тому же, все станет понятно задолго до финиша.
Я осматривала соперников. Вышла на воду едва ли половина. Лина ворковала с каким-то парнем, положив парус на воду. Саша пошел поздороваться с другими русскими гонщиками. А у меня тряслись руки настолько, что я едва ли смогла удлинить трап.концы и потравить парус — ветер ослабевал, а второе действие поможет увеличить его работающую поверхность. Я услышала гудок — скоро начало стартовой процедуры.
— Саш, пошли стартовую линию проверим.
Он охотно пошел к бую, а я осталась у катера. На счет три мы стартовали, повиснув на трапеции и пересеклись спустя минуту, причем я оказалась в менее выгодном положении. Частая практика, она помогает понять, с какой стороны лучше стартовать: у катера или на другой конце стартовой линии. Как бы ни старались судьи, ветер постоянно гуляет, поэтому стартовая линия провисает. Все зависит от того, в каком месте вы пересечетесь.