— Да, я видела с окна… Хочешь, я у тебя переночую? Я счет закрыла. И даже взяла номер телефона официанта, — она игриво подмигнула, приобнимая меня за плечи.
Я была зла. Обижена. И одновременно чувствовала свободу, которую, как мне казалось, потеряла навсегда. Отношения, душившие меня последние пять лет, наконец изжили себя. И я… Правда свободна?
— Спасибо, все хорошо, — я улыбнулась.
— Ну смотри сама. Давай я тебе такси вызову?
— Все в порядке, иди домой, а я еще немного прогуляюсь.
— Пожалуйста, напиши, когда дома будешь, а то я вызову поисковую экспедицию, — чмокнув меня в щеку, подруга пошла вдоль набережной.
А мои руки сами потянулись к телефону:
— Алло? Как насчет кофе?
Глава 4. "Морские грезы"
Я назвала адрес, а Ян Андреевич как раз был совсем рядом. Точно, это же совсем рядом с больничным городком. Открыв на смартфоне фронтальную камеру, я увидела жалкое зрелище: растекшаяся тушь, красные глаза, мокрые дорожки на щеках. Надо бы это все как-нибудь исправить. Сделать это оказалось чуть проще, чем я думала.
Я гуляла вдоль набережной, на улице становилось все прохладнее. Навстречу шел знакомый силуэт, обернутый в темную толстовку и джинсы. Мужчина взъерошил волосы и тепло улыбнулся, прищурив глаза:
— Прости, я немного задержался. Пришлось парковать машину дальше, чем я рассчитывал.
— Все в порядке, — отмахнулась я.
Стоит признать, с каждым шагом дыра в моей груди становилась больше, а ноги тяжелели. Я соврала, когда сказала, что в порядке. Не стоило встречаться с Яном Андреевичем в таком состоянии, но время поворачивать вспять я пока не умею. Зато могу натянуть улыбку и мило хлопать ресницами.
— Так куда бы ты хотела сходить?
— В бар, но, наверное, лучше нам отправиться в кофейню, — усмехнулась я.
— Мы можем пойти туда, куда захочешь, в том числе и в бар. Я обещаю, что не буду приставать и отвезу тебя домой.
— Пить одной неинтересно, — махнула рукой я и стала искать по картам ближайшую кофейню. К тому же, спасибо спортивным сборам за то, что я прекрасно переношу любой алкоголь и почти не пьянею. Кхм, то, что было на сборах — остается на сборах.
Он не стал спрашивать, замерзла ли я, просто молча накинул свою толстовку на мои плечи. Я видела много вопросов на его лице, но, к счастью, доктор их не озвучивал. Мы шли в тишине, и мужчина решил разбавить ее разговорами о моем спорте и предстоящем чемпионате:
— И на сколько дней вы едете?
— Десять. В первый день у нас заезд участников и мандатная комиссия: это когда судьи проверяют, соответствует ли снаряжение правилам класса. Во второй — открытие, а после него старт тренировочной гонки, она не идет в зачет, просто дает возможность оценить акваторию и дистанцию. В последний день у нас гонки могут быть даны не позже двух часов дня, а в четыре — награждение. Кстати, хорошо, что нам выделили резервный день, я очень редко встречаю такое.
— А это хорошо?
— Да. Это на случай, если погода не будет позволять провести гонки в назначенный день, то их перенесут в резервный.
— А если погода не будет позволять гоняться в течение всего чемпионата? — спросил Космов.
— Если будет дано меньше четырех гонок, то соревнования не состоятся. Но я с таким еще не сталкивалась.
— Понятно. Я понял, что вы едете в Италию, но куда именно?
— В Кальяри.
Покопавшись с минуту в телефоне, Ян сказал, что там очень красиво.
— С моей команды поедет Саша — это тот кудрявый парень и Лина, она на медосмотре была после меня.
Я улыбнулась с того, насколько плохо у Яна получилось сделать вид, что он вспомнил, о ком идет речь.
***
Когда Ева говорит о спорте, то так широко улыбается, что я готов расспрашивать вечно и ровно столько же делать вид, что все понимаю. Хотя единственное, на чем зацикливается мое внимание — ее зеленые глаза, в которых отражается блеск фонарей. Я не хочу спрашивать, почему она изменила свое решение, ведь боюсь услышать ответ. Но в то же время все это время я пытаюсь понять, что же произошло.
Когда я только подошел к ней, сразу увидел покрасневшие глаза и дрожащие руки. Ева мерзла и потирала плечи, хотя на улице было душно. Надеюсь, моя толстовка помогла ей хоть чем-то.
Мы подошли к уютной кофейне со столиками на улице. Выбрав капучино без сахара, я узнал, что Еве по душе латте с фруктовым сиропом и пирожные с кислинкой.
— Сегодня красивое небо, — тихо сказал я, хотя совершенно не смотрел вверх. И что вообще со мной творится? Неужели я умудрился влюбиться. Да ну, скорее, просто интерес. Так больше похоже на правду. Ева отличается от тех девушек, с которыми я встречался: свободная и очень юная.