Я упал на диван рядом с ней, не зная, что сказать, даже Снежов молчал, а потом звонко рассмеялся.
— Я припомню! Вы бы знали, как он меня в кабинете прожарил! – спустя минуту истеричного смеха кардиолога выпалил я.
— К-кажется, я выбрал не ту квалификацию!
— У тебя скоро ее повышение в Москве, – сдала с поличным девушка.
— А я к вам на торжество успею? – взволнованно спросил Снежов.
— После него поедешь. – отмахнулась Анжелика. — Я так понимаю, у тебя будет плюс один?
— Хотелось бы, – усмехнулся я.
— У тебя еще есть полтора месяца, – приободряюще хлопнув меня по плечу, она модельной походкой вышла из кабинета. Все же врачам иногда надо работать. Сначала я, признаться, завидовал Александру Владимировичу, ведь он себе такую эффектную невесту отхватил, но сейчас ветер подул с другой стороны.
***
— Ева! – на меня почти запрыгала радостная Лина, все же соизволившая явиться на последнюю тренировку перед соревнованиями. — Ты не представляешь, кто едет с нами!
— Кто? – равнодушно спросила я.
— Тот секси доктор! – ого, так вот, что значит «прыгать от счастья».
Я вздрогнула, как будто окатили ледяной волной. Но это была не вода, а волнение.
— Откуда ты знаешь?
— Папа попросил, – а я все забываю, что ее отец не последний человек в Федерации Парусного спорта России. Собственно, поэтому Лина ходит на новеньких досках. Нет, все, молчу, благодаря ему они хотя бы есть.
— Прикольно, – отстраненно ответила я. Воображение нарисовало тот поцелуй во сне, а потом и все остальное, заставляя щеки активно краснеть.
— А как у тебя с Ваней дела?
— Мы расстались.
— О, так у меня появилась соперница, – она в шутку пихнула меня в бок и рассмеялась. Пожалуй, ей не стоит знать, что происходило на протяжении последних двух недель. И о том, что сейчас мое сердце бешено колотится в груди.
Сегодня мы закончим тренировку, опресним матчасть, за ночь она высохнет. Завтра утром мы упакуем паруса и доски для транспортировки, а вечером – улетим. Думая о последнем пункте, я начинала нервничать. Я боюсь высоты, а летать уж тем более.
Глава 6. "Добро пожаловать"
Дождавшись такси, я с помощью водителя закинула вещи в чемодан. До аэропорта ехать минут сорок, поездка встанет в копеечку, но не могу же я на себе тащить кучу сумок. Тренер, как всегда, попросил взять кучу крупы, чтобы экономить, так еще и наверняка на посадке будет цирк.
Лететь, на самом деле, не так уж и долго, просто с двумя пересадками. Когда я подъехала, в аэропорту был только тренер, который радостно меня встретил:
— Привет! Ну что ты? — он так сильно шлепнул меня по плечу, что я едва не выронила телефон.
— У вас так спортсменок нее остается, — ухмыльнулся кто-то за его спиной. — Привет, Ева, — улыбнулся Ян.
— Неужели! — я погорячилась, когда сказала, что здесь был только тренер. Навстречу мне уже летел Саша с трапецией на поясе. Ах да, эта штука нам нужна для того, чтобы облегчать работу с парусами. Благодаря предусмотренному крюку на трапеции и петлям на парусе вес с рук переносится на все тело.
— Опять говорим, что это часть образа? — усмехнулась я.
— Естественно! По весу иначе не пройдем, — ответил тренер.
— Лину ждать будем?
— Нет, она ж всегда к концу регистрации подходит, — отмахнулся Николай Алексеевич..
Для всей нашей сборной взяли места рядом друг с другом. Даже Лина летела не бизнес-классом, полагаю, это ее прихоть. Она меня спасла, потому что пустила на свое место у окна. Я очень боюсь летать, но уж лучше буду видеть, что происходит за окном. На место у прохода, наконец оторвавшись от расспросов Николая Алексеевича, сел Ян. На удивление, он был молчаливым и, как только устроился на своем кресле, сразу залип в телефон. Ну, хоть на приставучие вопросы Лины отвечал односложно.
Повезло, что в этот раз мы обошлись без зоны турбулентности, но руки, схватившие меня за голову, порядком напугали. Это был Саша, сидевший позади и теперь громко смеявшийся. Забегая наперед, скажу, что он получил звонкий подзатыльник от тренера и бурчание в стиле «сразу видно, кто едет». Поняв, что от Яна инициативы продолжать разговор не получился, Лина отложила свою затею «на потом» и переключилась на меня:
— Я так и не спросила тогда, почему вы с Ваней расстались?
Робко глянув в сторону врача, я обобщила, сказав, что мы не сошлись характерами, но подруга пообещала докопаться до истины чего бы ей это не стоило. Пускай развлекается, может, не будет так к Яну или итальянцам клеиться. А, действительно, чего он тихий такой? Сам на себя не похож.