- А что там творить –то. Традиционный набор : суровые 90е, отмывание денег, наркотики, поставка оружия в зоны военных действий.
-Так его же не посадили.
-Нет, его просто убили. Потому, что Лизонька….
-Да, помню. Он слишком много знал. А в архивных делах хоть что-то интересное есть?
Василий Иванович протянул мне 3 пухлые старые желтые папки.
-Вот, Лизонька. Попросил под свою ответственность у бывших коллег на выходные.
- Вы же меня знаете, в понедельник все будет у вас в целости и сохранности. А как насчет того, что не написано на бумаге?
Василий Иванович поднялся из кресла и доверительно сжал мою руку.
-Вот придешь в понедельник. Прогуляешься по верхушкам, так сказать. А потом я тебе расскажу не для прессы, так сказать.
В понедельник ровно в 9 часов по Московскому времени я звонила в двери следователя на пенсии подполковника милиции Малого Василия Ивановича. Но дверь открыл человек в милицейской форме.
-А где Василий Иванович?
-А Василий Иванович убит. А вы к нему по какому делу?
Глава 12
Глава 12
―Отрубить ей голову! – завопила Королева во всю глотку.
―Никто не пошевелился.
―Да кто вас боится! – сказала Алиса (она уже достигла своего настоящего роста). – Вы просто несчастные карты – и все!
«Алиса в стране чудес»
Одна и та же история, рассказанная от лица нескольких человек, будет набором абсолютно разных историй. Но если ты претендуешь на правду, то в основание должны быть заложены факты. А где их взять, если у тебя на руках три папки казенной информации, причем изрядно подчищенной. А главный «сказочник» неожиданно упокоился…
Я знала, что на бывшей работе у Василия Ивановича остался ученик Котов Вячеслав. И скорее всего, он и выдал под личную ответственность учителя пухлые архивные папки уголовного дела. Поэтому, после объяснения с представителем полиции, в квартире убитого следователя, я отправилась прямиком в отделение, где до пенсии работал Василий Иванович.
Отыскав лейтенанта, который сразу приступил ко мне с соболезнованиями, я уточнила, не брал ли Василий Иванович что-то, что необходимо вернуть.
-Да, архивные дела. Я так понимаю они у вас?
-Да, дела у меня. А вы знаете что-то о деле Дубцова?
-Дуба? Ну а кто о нем не знает. Жил ярко и умер шумно.
-Дуба?
-У Дубцова было погонялово «дуб». Мудрый, значит.
- А Василий Иванович как раз сегодня собирался мне рассказать о делах Дубцова…
-Но не успел. И вы решили поиграть в десять негритят?
-В каком смысле?
Виталий нервно поправил воротник рубашки.
-В прямом. Есть дела без срока давности. Бандиты, как пираты, и после смерти хранят свои сокровища.
-То есть вы думаете, что смерть Малого не случайна?
-То есть я думаю, что вы отдаете мне папки и идете по своим делам.
Я вынула из пакета папки и Виталий уже почти взял их в руки.
- А если по старой дружбе? В память об учителе? Мне нужны те, кто может пролить свет.
Виталий потянул папки на себя.
- Можно пролить свет, а можно пролить кровь. Вы готовы рисковать? Я - нет.
-Что ж за мужики такие трусливые пошли? Мертвый преступник держит за горло покруче живого питбуля.
Виталий развернулся в сторону архива и, не поворачивая головы, проговорил вполголоса:
-Загуглите «Голубь» и «Рамзан». Они еще живы. И они могут, если захотят, пролить…возможно вашу кровь или правду на страницы романа. Больше, как говорится, ничем…
Виталий медленными уверенными шагами уходил в противоположную сторону, а я чувствовала, как под пиджаком напряжены мышцы его спины. Похоже, Дубцов приходил закрывать вопросы даже с того света. Даже если это было всего лишь во сне или в воспоминаниях.
Я ничего не откладываю на потом. Я все время живу в сейчас. Поэтому Голубя и Рамзана я загуглила сразу, как только села в машину.
Голубь был депутатом. Рамзан - известным бизнесменом. Просто так к ним не подступиться.
Но журналисты – это ветер. А ветер не знает преград. С депутатом все решилось относительно быстро так, как буквально на днях был назначен прямой эфир для избирателей Голубь шел на второй срок. Рамзана я решила пока оставить в покое.