Появившийся из-за «кулис» Крюгер поцеловал мне руку.
-Овации, мои овации. А теперь ты выпьешь кофе с нотариусом и поедешь на кладбище к Дубцову. Одна.
-Ты в своем уме?
-Не факт. У меня есть запаска. В общем давай, пей и отчаливай. А я следом.
Если честно, мне эта ситуация ой как не нравилась. Но я поехала.
Погода была не очень. Туман и ранние сумерки. Я пыталась увидеть за собой машину Крюгера, но его не было. Впрочем, никто другой тоже за мной не следил. Я знала, что у Рамзанова серый бентли. Но за мной ехали простые машины честных граждан, которые были чуть-чуть в шоколаде.
Пока я доехала почти стемнело. Было холодно и неуютно.
- И снова здраствуйте, Дмитрий Константинович.
Не успела я договорить фразу, как рядом со мной просвистело что-то тяжелое и обрушилось на памятник. Бита! Я поняла, что следующий удар придется по мне. Чтобы понять, как увернуться, я повернулась и увидела Рамзанова. Он был спокоен и сосредоточен, но взгляд был колючим и злым, словно бездна.
Я понимала, что мертвая Татьяна Рамзанову не нужна, а вот Елизавета Боннет очень даже подойдет. И Крюгер явно не спешил на помощь. Поэтому я решила начать разговор:
- Давайте поговорим.
Рамзанов снова замахнулся.
-Сука, похожая на женщину моего сердца решила украсть мои деньги.
Рамзанов рассмеялся.
-Ты хоть понимаешь куда ввязалась? Твое дело прожить свою дрянную жизнь до конца. А ты ввязалась в игры олигархов.
-Рамзанов снова замахнулся и снова удар пришелся по памятнику.
Моросил легкий дождь, на могиле не было земли, плита намокла и я поскользнулась. Чтобы не упасть я схватилась за памятник и осела на плиту, спрятав голову в колени. Я понимала, что Рамзанов не контролирует себя и следующий удар придется по мне. Он замахнулся и я приготовилась к удару битой и в это мгновение за моей спиной раздался незнакомый голос.
-Рамзан, опусти биту. Ты всегда воюешь только с женщинами.
Рамзан опустил биту и опрокинув голову в небо громко рассмеялся.
- Вах, чудесное воскрешение! Из могилы и сразу на праздник жизни.
Голос приблизился и я увидела знакомую фигуру в темном, скрытую за плотным капюшоном. Человек повернулся, и я увидела пристальный взгяд умных серых глаз, прямой нос и красивый волевой рот.
-Все в порядке? –обратился мужчина ко мне.
И снова меня перебил Крюгер.
-Аааа. Вся компания в сборе. Кроме Татьяны.
Я вопросительно посмотрела на Крюгера.
Крюгер подошел к незнакомцу и резким движением сдернул капюшон, обнаживший светлые волосы.
- Лисавета, ты что очумела от восторга или страх парализовал твои мозги? Вот он, твой любимый Дубцов. Мать, ты же столько раз медитировала на его фотографию.
Мужчина повернулся и улыбнулся. На щеке улыбнулась ямочка. А у меня окончально вышибла мозги. Я поняла, что все это время писала не роман. Я искала встречи с главным героем.
Глава 24
Кладбище не самое лучшее место для встречи. Разве, что одни были мертвы и ожили, другие готовы развеяться в прах. А почившие – зрители, служащие немым укором неугомонным смертным.
Реакция Рамзанова не оставляла сомнений – он поверил в смерть Дубцова. Ему нужна была Татьяна. Там где была Татьяна был ключ к большим деньгам. «Воскрешение» Дубцова привело Рамзанова в состояние дикой ярости. Так что биту у него пришлось отобрать и пристегнуть руку в наручниках к оградке на одной из могил.
- А ты сука хорошо все продумал. Тебе надо было заняться написание сценариев и режиссурой.
Дубцов пристально посмотрел на друга-партнера.
-Рамзан мне до тебя далеко. Моя режиссура –способ защиты, твоя –нападения. Тебе было мало, что ты убил Ольгу, ты решил еще и меня заказать. Ты всегда любил только деньги.
Рамзанов сделал попытку подняться, и кладбищенская оградка дернулась вместе с ним. Но кольцо наручников больно сдавило руку и Рамзанов осел на холодный цемент.
-Я не убивал Ольгу. Это уже тысячу раз доказано.
-Ты нет. За тебя это сделал наемный человек. Которого тоже сразу убрали. Круг замкнулся и действительно, доказательств не было бы. Но твой друг стал моим партнером и в качестве присяги на верность рассказал историю о том, как ты придумал убить Ольгу и сорвать мою «коронацию».
- Ахмет?
-Видишь, ты даже не отрицаешь. Сначала я хотел тебя убить. Мне хотелось сделать это лично. Я готов был пожертвовать даже своей безопасностью. Но судьба распорядилась иначе.