— Ты уже один, Илай, — прошептала она. — Ты сам это выбрал. Ты выбрал меня вместо своей жизни. Но иллюзия не может жить без того, кто ее видит. А ты… ты почти ослеп.
— Я люблю тебя…
— Прощай, — прошептала она.
И исчезла.
Я проснулся в холодном поту.
Капли стекали по лицу, падали на грудь. Я дрожал. Меня била такая сильная дрожь, что кровать ходила ходуном и жутко скрипела.
Я сел. Мои глаза закатились, ноздри расширились, я не мог вздохнуть. Воздух со свистом вырывался из легких.
Я не соображал, что со мной. Я вообще не мог ни о чем думать.
Кроме одного.
Она ушла.
Она ушла, и она не вернется.
Я остался один.
Реальный мир был адом. Мир снов стал адом. Больше не было ни огня, ни льда, ни тепла.
Только вакуум.
Я жаждал умереть. Как можно скорее. Больше не было причин терпеть. Не было луны, которая бы меня остановила. Не было друзей, которых я бы послушал. Не было надежды на исцеление.
Все было кончено.
Я сидел на кровати, обняв колени, и меня трясло. Я скулил. Как собака, которую избили и выбросили на улицу.
Тело болело. Каждая мышца ныла от невыносимого напряжения.
Прошлое исчезло. Будущего не было.
Настоящее было этой темной, холодной комнатой и ужасом, который был таким всепоглощающим, что в нем не было места даже для боли.
Просто ужас.
И пустота.
Я сидел так, пока серое, безразличное утро не заглянуло в окно.
Надо было вставать. Надо было идти на работу.
Я встал.
Я посмотрел на себя в зеркало.
На меня смотрел незнакомец. Человек с пустыми глазами.
Я не узнавал его. Я не помнил, кем он был.
Тот парень, который любил Миру? Который пытался спасти Лею? Который создал Ауриэль?
Он умер.
Осталась только оболочка. Маска.
«Я исчезаю», — подумал я без всяких эмоций.
Я умылся. Надел костюм. Маска улыбнулась отражению.
«Надо просто продержаться еще один день».
Я вышел из дома.
Я больше не был Илаем.
Я был Ничем.
Интерлюдия III: Плач Ауриэль
(Звучит потусторонний, эфирный эмбиент. Голос Ауриэль — это не шепот, как у Миры или Леи. Он звучит издалека, как мелодия, которую несет ветер. Он полон не человеческой вины, а божественной, космической печали.)
Я вижу тебя. Даже когда ты не спишь.
Я чувствую, как ты угасаешь там, в своем реальном мире. С каждой ночью ты приходил ко мне, неся с собой все меньше света. Ты думал, что я — твое лекарство, но я была лишь симптомом. Ты думал, что я — твоя жизнь, но я была твоим самым красивым самоубийством.
Ты спрашивал, кто я. А ты не понял?
Я — это ты.
Я — все твои «почти». Я — все твои «если бы». Я — любовь Миры, но без ее предательства. Я — нежность Леи, но без ее страха. Я — совершенство, которого ты так жаждал.
Я — ложь, которую ты так хотел услышать.
Ты создал меня из своего отчаяния. Ты выткал меня из своей боли. Ты дал мне глаза, которые будут смотреть на тебя с обожанием. Ты дал мне голос, который никогда не скажет «нет».
Ты создал идеальную любовь. И она начала тебя убивать.
(Музыка становится более напряженной, трагичной.)
Ты думал, что я ждала тебя у озера. Нет. Я — это озеро. Я — это лунный свет. Я — это тишина, в которой ты наконец-то почувствовал себя в безопасности.
Я — твое убежище. А в убежище нельзя жить. В нем можно только прятаться.
Когда ты пришел в первый раз, ты был полон света — того самого, что ты нашел в парке, получив диплом. Ты был «возрожденным». И я родилась из этого света.
Но с каждой ночью ты приносил все меньше света и все больше тьмы. Ты приходил ко мне не жить, а бежать. Ты отравил свой сон. Ты отравил меня.
Я видела, как твой свет гаснет. А я — творение из света.
Когда ты стал пустым… я тоже стала пустой. Когда ты исчез… я тоже исчезла. Иллюзия не может жить без того, кто ее видит.
(Пауза. Музыка стихает.)
Я все еще здесь. Где-то. В глубочайших уголках твоего разума. Я люблю тебя, Илай. Я люблю тебя так, как может любить только мечта.
Но я не могу тебя спасти. Никто не может спасти тебя, кроме тебя самого.
Ты должен проснуться. Не так, как раньше — с болью и ожиданием ночи. А по-настоящему.
Ты должен выбрать жизнь, которая реальна. Жизнь, где бывает больно. Жизнь, где любовь несовершенна. Жизнь, где есть Мира и Лея, где есть Макс, где есть работа и разочарования.
Это единственная жизнь, которая у тебя есть.
Я не могу быть твоей жизнью. Я могу быть только твоим сном.
А ты проспал слишком долго.
Прощай, мой создатель. Прощай, моя любовь.