Он вспомнил, как однажды у нее подскочило давление, и она ушла с работы домой. Он ни о чем, кроме нее, думать не мог. Какая уж тут работа. Он чуть с ума не сошел. Сказал начальнику, что тоже заболел, и полетел домой — просто чтобы услышать ее голос по телефону, поговорить без чужих ушей.
Он пытался жить с этим. С ее исчезновениями, с ее другим мужчиной, с ее горячими признаниями и ледяным безразличием. Выдержал три дня. А потом не смог.
Он позвал ее в кафе после работы. Шел дождь. Они сидели за столиком у окна, и он не мог притронуться к еде.
«Мира, — сказал он, глядя не на нее, а на капли на стекле. — Я так больше не могу».
Она перестала размешивать сахар в своем кофе.
«Что такое, Илай?»
«Вот это. Все. Я схожу с ума. Я не могу делить тебя. Я не могу ждать, пока ты решишь. Я не могу видеть, как ты уходишь к нему».
Она молчала.
«Я люблю тебя, — он наконец посмотрел на нее. — Люблю больше жизни. Ты это знаешь. Но я не могу так. Пожалуйста... выбери».
Мира смотрела на свои руки. Долго.
«Я не могу, Илай, — прошептала она. — Это не так просто».
«Да, — сказал он. — Я его по-прежнему люблю. Тебя. Но я не знаю, как поступить. Мне хочется быть сразу с обоими».
«А мне — нет, — отрезал он. — Я или все, или ничего. Я не могу быть твоим запасным вариантом, пока ты развлекаешься с ним».
«Это не развлечение!» — ее голос дрогнул.
«Тогда что это? Выбирай, Мира. Он или я».
Она подняла на него глаза. В них стояли слезы. «Не заставляй меня, Илай. Пожалуйста. Ты же знаешь, что я выберу не тебя».
Он почувствовал, как что-то внутри него сломалось.
«Почему?»
«Потому что так будет лучше для тебя, — сказала она. — Я плохая для тебя, Илай. Я тебя разрушаю. Ты заслуживаешь кого-то лучше».
«Ты думаешь, без тебя я буду счастливее? — кричал он про себя. — Ты думаешь, я найду свое счастье еще с кем-то? Ерунда. Если я не буду счастлив с тобой, то я не буду счастливым никогда. Поверь мне. Кроме тебя мне никто не нужен».
Но вслух он сказал только одно: «Понятно».
Он встал, оставил деньги на столе и вышел из кафе под дождь.
Илай моргнул, возвращаясь из воспоминаний. Дождя не было. Он сидел за своим столом под гул флуоресцентных ламп. Девять тридцать утра. Он посмотрел на пустой стаканчик из-под воды.
И вот он остался один. С разбитым сердцем. И с работой, где ему приходилось видеть ее каждый день. Три стола. Бесконечное расстояние.
Зависимость. Вот правильное слово. Он был зависим от нее. Он не мог представить, чтобы она была с кем-то другим. Для него это было все равно, что смерть.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Миры. От нее!
Он выхватил его из кармана.
"Ты сегодня такой грустный. Всё хорошо?"
Она видит. После ледяного молчания на кухне. После всего. Она все равно видит.
Мысли Илая: «Нет, не всё хорошо! Я умираю от любви к тебе! От того, что ты рядом, но недоступна! От того, что ты выбрала его, но продолжаешь писать мне!»
Он напечатал:
"Всё отлично. Просто устал."
Три точки замигали.
"Хочешь, встретимся после работы? Прогуляемся?"
Сердце Илая выпрыгнуло из груди. После всего. Она все равно предлагает.
"Да. Конечно. Когда?"
"В шесть у входа. Только недолго. Мне нужно быть дома к восьми."
К восьми. К нему. К тому, другому. Два часа. Крохи. Крошки со стола ее жизни.
"Хорошо. До встречи."
"До встречи <3"
Она прислала сердечко.
Илай положил телефон на стол и закрыл лицо руками. Он возьмёт эти крохи. Возьмёт и будет благодарен. Потому что даже это лучше, чем ничего.
Для него это уже стало навязчивой идеей. Он не мог иначе жить. Да и не хотел.
Потому что он был предан ей. Безоговорочно, безумно, саморазрушительно предан.
Три стола между ними. И он был предан каждому сантиметру этого расстояния.
Глава 4: Тихое смирение
Он ждал ее у входа в шесть, как договорились.
Сердце колотилось так, будто это было их первое свидание. Он снова и снова проверял свое отражение в темном стекле двери. Выглядит ли он уставшим? Заметно ли, как он страдает? Он пытался улыбнуться. Вышло жалко.
Она опоздала на десять минут. Вышла из офиса, уже говоря с кем-то по телефону. Увидев его, она прикрыла трубку ладонью, сказала «Привет, подожди секунду» — неясно, ему или человеку на том конце провода, — и отошла в сторону.
Илай стоял, засунув руки в карманы. Крохи. Он пришел сюда за крохами.