– Гвидооооо!!!
Миссис как ее (так короче) орала со входа в собор. Орала долго, и ее уже всеми силами пытались вытолкнуть секьюрити. Но ей все же удалось докричаться до него сквозь мессу. Мессу по тем, кто так и не долетел.
– Тише, тише, вы разбудите святого Раньери. – сказал ей Гвидо.
– Кого?
– Святого Раньери, покровителя Пизы.
– Оу. – удивилась она. – А я и не знала, что он здесь спит.
– Уже несколько веков.
Не веря в успех, он все же спросил, можно ли не идти на башню. Миссис как ее очень удивилась его «неособогорюжеланием» и сказала, что поднимаются абсолютно все. Без исключения.
– Ваши родители заплатили деньги, чтобы вы поднялись на башню. Значит, вы на нее поднимитесь, а наверху я сделаю совместную фотографию всей группы и отправлю вашим родителям. В первую очередь твоим, Гвидо. Знаешь, они очень просили, чтобы ты не пропускал ни одного мероприятия. Ни-од-но-го.
Бесо всяких чертыханий и ёрничаний, он побрел к остальным. Гвидо знал, что Большой верно подвел конечную черту и если ничего не придумать, то ему кранты, однако, придумывать в сущности было нечего. Он просто решил, что со щелчком фотоаппарата рванет, что есть мочи. Конечно, псы Большого тут же сорвутся с цепей и побегут со всех лап за ним, угодливо повиливая хозяину хвостиками, но они грузные, неуклюжие, и им будет явно труднее сбегать вниз по узкой винтовой лестнице. По скользкой узкой винтовой лестнице*. Учитывая еще, что внутри их кишки тоже закрутится гонка. Кто первый принесет добычу вожаку, который как-всегда медленно поплетется сзади, тому гарантирован приз. Чтож, расклад не так печален. Хоть это и может быть его последний забег.
– Итак, ребята, выстраиваемся в шеренгу. В шеренгу – это друг за другом. Но сказанное не означает, что если впередистоящий вам не друг, за ним нельзя становится.
Боже, да мы не такие тупые, как ты думаешь!
– Сегодня мы поднимаемся на Пизанскую башню. Подъем непростой, поэтому на каждом этаже, а всего их восемь, мы будем останавливаться и переводить дыхание. Ступеньки стоптаны многовековыми восхождениями, так что будьте внимательны и обязательно опирайтесь рукой о стену. Лестница очень узкая и во время вашего подъема предыдущая группа туристов будет спускаться вниз. Ваша задача: разойтись с ними и не убиться. Наверху мы сделаем совместную фотографию, которую я позже пошлю вашим родителям. Для особо одаренных: с башни ничего не бросать. Во-первых, среди вас нет Ньютонов. Во-вторых, внизу стоят люди, и если вы попадете условной монеткой кому-нибудь по голове, вас обвинят в убийстве. Вопросы? Тогда пойдемте.
Гвидо плелся в хвосте, а за ним хвостами повиливали, жаждущие разорвать его на части, псы. Шайка Большого шла вплотную, все время о чем-то перешептываясь и похихикивая.
Для острастки.
Готов был поставить Гвидо.
На каждой остановке они становились друг против недруга.
Один на шестерых. Шесть к одному на поражение.
Гвидо им подмигивал, гримасничал и легко покорял этаж за этажом, в то время как псы, чем выше дело подходило к вершине, тем дольше они переводили дух. Очередная погоня… Видя, как тяжело приходится будущим догоняющим, он стал предвкушать действо, поставив, что он с легкостью угонит от них. Группа, наконец, поднялась на вершину. Дэ-билы, задыхаясь и отхаркиваясь, плюхнулись на ступени, и Гвидо решил, что отпразднует победу в Макдональдсе – там, где ему утром не дали вкинуться.
– Вооот… деээтии… – собирая буквы во рту, разводила руки в стороны Миссис как ее. – Полюбууйтесь… Фух. Где еще вы увидите такую красоту? Фантастика! Просто КхеКхе-Ээээ-КхеКхе. Тааак, вставайте все вместе. Фуух. Щас я вас сфоткаю.
Гвидо устроился в первом ряду. Справа и слева захихикали девочки.
– Эй, Гвидо, меня за тобой не видно. – пробубнил Бамбино. Гвидо делил с ним комнату. – Ты вОн какой длинный. Встань во второй ряд.
– Постоишь там – получишь табак. – предложил Гвидо.
Бамбино примерился.
– А все-равно я плохо получаюсь на фотках. Эта дурацкая вспышка… Все время от нее получаюсь покойником.
Довольный Гвидо стоял в первом ряду, улыбаясь направо, направо, еще разок туда же и для разнообразия налево.
Отсюда до спуска поддать ногой. А у Бамбино от табака заболела голова. Гонитесь лучше за ним, шакалы!
Вдруг Гвидо почувствовал на плечах чьи-то тяжелые руки.
– Ку-Ку.
Это не скука. У той хватка явно полегче будет.
Оплошность! Желая обладать на старте преимуществом, он, в итоге, повесил себе гири на ноги. Руки Большого сжимали его худые плечи. Сжимали со всей дури. Гвидо попытался передернуть ими, но Большой намертво вцепился в них своими кулачищами потными.