— Абсолютно потеряна, Ром. И всё вокруг только добивает моё и без того убитое состояние. Так пыталась быть другим человеком, быть Викки, которая знает, что делать в любой ситуации, но влипла еще сильнее. Невозможно так устать от себя, но я устала. — слезы катятся беспащадно по щекам. Ментальное состояние близится к минус бесконечности. — Еще одна неделя черной полосы, и эта черная полоса будет на моей фотографии.
— Вик… Я посмотрю билеты домой после съемки и прилечу при первой попавшейся возможности.
— Не стоит, не надо жертвовать собой ради меня. — вытираю одну щеку, замечаю на руке черные разводы. Замечательно, еще и тушь потекла, хотя неудивительно. — Справлюсь. Когда не справлялись?
— Не сомневаюсь, что справишься, но мне так будет спокойно. Твои слова очень пугают. — голос у Колесникова резко стал напряженным и в интонациях грубые нотки.
— Ром, ценю твои старания, но время, нужно время. Буду рада, если ты просто выйдешь в скайп, выслушаешь и в очередной раз скажешь, что я сильная.
— Свободен после 19-ми, выйдем в 20 ровно? — предлагает спокойно Ромка.
— Хорошо. — двигаюсь дальше, чувствуя, как камень с души упал.
— Не бойся писать и звонить, когда чувствуешь себя на грани.
— Не хочу взвливать на тебя еще больше проблем.
— Вик, твои чувства для меня не проблема. Я хочу знать, как ты, чтобы вовремя приходить на помощь.
— Официально заявляю, что страдаю синдромом вопля, а у тебя синдром спасателя Виктории Барановой.
— Созвонимся вечером, хорошо? Работа не ждет.
— Хорошего дня, Ром. — поджимаю губы, хотя хочется проговориться и сказать “люблю тебя”.
— Скучаю, дурашка.
Колесников отключает звонок. Пишу девочкам в надежде, что они в очередной раз спасут меня саму от себя.
Дома холодно и непривычно одиноко. В ванной смываю остатки утреннего макияжа. Подруги обещали выйти на связь через час. Надя собирала вещи в Москву, а у Веры намечалась поездка к родителям Ланцова. Чтобы не обременять девочек своими проблемами ещё больше, предложила им выход в фейстайм.
Внезапно звонит мама, заканчиваю приступ самоедства. Отвечаю на ее звонок, и немного прихожу в себя. Она, словно почувствовав что-то не то, решила со мной поговорить и еще позвала сходить куда-нибудь, назвав это новой семейной традицией. Разговариваем ровно до того момента, пока не пришло время выйти на связь с подругами. Мама желает хорошего дня и говорит, что любит. Стрелка на спидометре моего состояния резко летит вниз.
На видеозвонке с подругами решаю, что параллельно буду есть, хотя аппетит всё равно отсутствовал. Передо мной стоял стакан с кофе и быстро смешанный творог с ягодами. Надя кидала шмотки в раскрытый чемодан, Вера же готовила к приходу Гриши. Радовалась за девчонок, что у них в жизни всё так понятно.
— Дамир сегодня сказал, что я самая последняя стерва и он не ожидал от меня, что буду крутить роман сразу с двумя. Чувствую себя действительно шлюхой. — теперь признаюсь девочкам в своих страхах.
— Слушай его больше. — зло прошипела Вера. — На меня саму навешали этот ярлык, когда бегала с одной вечеринки на другую и готова была вешаться на любого парня, кто проявил ко мне хотя бы каплю тепла. — Туманова заметно злится, резко нарезая огурцы. — Моя история заключается в том, что перестала искать в мужчинах спасение, пытаясь найти точку опору в себе. И на эту мысль подтолкнули вы.
— Вера права. Не только мужчины, но и женщины готовы называть девушек шлюхами, если ее поведение не укладывается в их моральные принципы. Баранова, ты свободная, не обремененная отношениями девушка. Тебе решать, как и с кем себя вести. Ярлыки вешают только завистники. — твердо стоя на своем проговорила Надя и кинула футболку в чемодан. — Мир не сошелся на мужчинах.
— Понимаю, но… Ощущаю себя размазней, у которой ничего не выходит, а вдобавок еще и добивает мысль, что правда играла чувствами двух парней. И раньше во все мои кризисы рядом был Ромка, который придавал мне сил. — отодвигаю от себя стакан с творогом.
— Вик, наличие мужчины может и сделает тебя в разы уверенней, привлекательней и успешней, но это не решит проблемы. Если в голове каша, то твой мужчина тебе с этим не поможет. — Надя выглядела уверенно. — Баранова, мы знакомы с тобой уже полгода. Ты прекрасный друг, талантливая девушка, профессионал своего дела и это лишь малая часть твоих качеств. И они не зависели от того был с тобой рядом мужчина или нет.