— Надь, ты сама без остановки искала внимание парней. — парирую в ответ, хотя и ударяю по больному месту подруги.
— Признаю, что была слабой, но просто рядом не было человека, который бы мне сказал, что моя ценность не зависит от того состою в отношениях или нет. Вторая половинка не дает гарантию самоценности. И я продолжаю работать со своим бардаком, потому что хочу быть искренной хотя бы с собой.
— Придумала образ Викки, потому что не справлялась со своими мыслями. В другой реальности у меня, наверное, нет проблем. — снова отрицаю всё, что есть, в надежде обратно надеть уже разбитые розовые очки. Меня ничего не спасает.
— Но мы в этой реальности. — спокойно говорит Вера. — Вик, пора перестать копаться в себе.
— Ага, легко сказать. В этой реальности всё еще боюсь прибавить в весе, быть непривлекательной и завишу от чужого мнения. Боюсь оставаться наедине с собой, боюсь услышать себя. Я ничтожество. — на мои слова девочки устало закатывают глаза. Видимо их уже допекла своим синдромом жертвы.
— Кто вбил в твою голову всё это дерьмо? Меняем установки. Давай на каждый твой недостаток комплимент себе. — более яро вступает в диалог Майорова.
— Надя права.
— Вы серьезно?
— Например, я умею читать людей, люблю анализировать и знаю, что у меня это хорошо получается. — Надя загибает пальцы на руках. — Еще умная, с хорошим вкусом и точно не пропаду со своим подвешенным языком.
— Я хорошо готовлю, — Вера поддерживает затею Майоровой. — у меня хорошо получается поддерживать людей, доброе сердце, и очень сентиментальная, но это скорее плюс, чем недостаток.
— В чем суперсила Вики Барановой? Кто такая Вика? — проговаривает Надя, своим вопросом чуть не отправляя меня в экзистенциальный кризис.
— Вика? — стараюсь подобрать красноречивые положительные эпитеты, а не оскорбительное “запуганная серая мышь”. — Думаю, что за всё, за что не возьмусь у меня получается, если даже для этого придется приложить немало усилий. Умею адаптироваться и отлично чувствую себя в одиночестве.
— Подруга, на правильном пути. — выдает Вера и резко оборачивается назад. — Там Гриша пришел, спишемся позже. Хорошо?
— И мне пора. — выдает Надя. — Давай, Баранова, пора собраться с мыслями и двигаться дальше.
Девчонки отключаются, опять остаюсь одна. От диалога с ними мне стало еще легче, потому что придумала новую идею для видео. Открываю заброшенную группу, меняю название на “Вика Баранова и ее синдромы”, а в описании пишу “Кто эта такая ваша Вика Баранова? Визажист, фудблогер, бывшая подписчица Типичной анорексички и девушка, которая пытается жить свою лучшую жизнь.”
И первым постом после долгого отсутствия становится анонс.
“Да, эта та самая Викки, которую в жизни зовут Вика Баранова. Роль Ханны Монтаны не удалась, а я погрязла в своих синдромах. Теперь есть следующие синдромы: серая мышь, жертва, любительница типичной анорексички.
Паблик поменял название, а я абсолютно потерялась и разбила свои розовые очки. Может оно и к лучшему. Мне повезло, когда-то встретить своих лучших подруг, которые решили напомнить, кто я такая.
Сегодня приготовлю видео со своей рутиной и буду думать, в чем же моя суперсила. Вы тоже можете подумать о своей суперсиле в комментариях.
Стараюсь следовать своим же советам и не зацикливаться на проблемах. И сегодня хочу себе напомнить, что кризисы случаются, но смерть меня или моих близких еще не коснулась, а значит еще не всё потеряно.
Держу за всех кризисных кулачки, я с вами, и мы еще прорвемся!"
Не приходит и минуты, как в комментариях отмечается Колесников со следующим текстом “По её манере разговора ты можешь понять, что она правит миром. В её глазах ты увидишь, что никто не сковывает её. А потом она скажет: Всё нормально, я заблудилась по пути, но я же супер-девушка, а супер-девушки не плачут” и прикрепленный трек “Supergirl”.
И следом еще и сообщение от него приходит “Я освободился, можем поговорить сейчас, если хочешь. И скоро придет доставка, заказал твоей любимой еды, чтобы этот день не был еще одним днем черной полосы. “