— Вика права. — поддакивает Вера и придвигает к Майоровой тарелку. — Если не съедите, обижусь.
— Обычно не завтракаю. — пытаюсь отвертеться от яичницы, но выглядит она аппетитно, да и еда всегда была отличной помощницей в поглощении эмоций, приводило, правда, потом это к срывам и лишним килограммам. — Слишком волнуюсь.
— Минуту назад ты говорила мне успокоиться. — недоверчиво говорит Надя и берет вилку в руки, накалывая на нее красный помидор. — Всегда мечтала уехать спонтанно в Москву. Там же такой ритм бешеный. Правда, долго бы так жить не смогла.
— Никогда не рассматривала Москву для переезда. Вечные стрессы, пробки, жизнь словно крысиные бега. — от своих же перечислений морщиться Туманова. — Тем не менее отдохнуть съездить можно. Столица красивая, да и возможностей куда больше.
— После 11-го класса хотела в Москву поступать, но об этом никто не знал, да и порог не прошла. Подавала документы в тайне от всех. — выдаю одну из своих тайн, ни мама, ни Ромка не знали об этом, так как не хотела показаться неудачницей.
— Ну ты даёшь, подруга. — хихикнула Надя и резко положила свою руку на плечо. — Знаю, что вы, историки, не любите сослагательное наклонение, но если бы ты уехала в Москву, мы бы не познакомились.
— Откуда такие познания об историках? — усмехаюсь, переводя диалог в другое русло.
— Один из бывших по истории фанател, встречались в старшей школе. Он в Питер поступил на историка. — Майорова убирает свою руку с плеча. — И рада этому, потому что спорить с ним всегда было бесполезно. На мои вопросы он всегда отвечал «Глупая, ты никогда не поймёшь историю». В нашем тандеме я была сухим математиком, дотошным до цифр, а он фанатиком истории, права и любых разглагольствований.
— У меня бывший на юриста учится. Ничего хорошего про него не скажу. — включается Вера. — Без обид, Вик, но все гуманитарии не от мира сего.
— Закончу универ и забуду про историю, как о страшном сне. Что меня угораздило выбрать это направление, ума не приложу.
— И правильно. — продолжает Надя. — Сделаем тебе карьеру визажиста.
Следующие несколько часов собирались на поезд. Перепроверили чемоданы, посидели напоследок по традиции, заложенной в детстве, отключили воду и электричество, и стали дожидаться, когда приедет Ланцов. От него пришла смс, что он ищет парковочное место около моего дома, раз сегодня выходной и все места заняты.
Мы с девочками, взяв свои чемоданы, сумки и пакеты с едой, рванули на лифт. Будь я одна, то в жизни бы на нем не поехала, но подруги меня подбадривали, поэтому пришлось согласиться спускаться на нем, да и чемоданы тащить по лестнице особо не было желания.
На улице ждал Гриша, немного заспанный, с взъерошенными волосами и небритый. Выглядел он крайне забавно, натянув на голову капюшон и в расстегнутом пуховике. Заметив меня, он махнул рукой и отключил наушник в ухе. Он начал подходить к нам, и надеялась, что подруги ничего не выдадут, что могло бы вогнать меня в краску.
— Давайте помогу. — сразу предлагает Гриша протягивая руки, улыбаюсь в ответ, прокручивая в голове, какой же он джентльмен.
— Я сама. — Надя уверенно везёт свои сумки, идя к машине, и Ланцов усмехается.
— С радостью скину на тебя эту сумку. — отдаю Ланцову спортивную сумку, в которой лежали вещи от тети Лены для Колесникова и подарок для него же, но от меня.
Это были боксерские перчатки. В школе Ромка занимался боксом профессионально, пока его не засудили на одном из соревнований. Спорт Ромка забросил, хотя подавал большие надежды. Списалась с его соседом, чтобы тот помог найти зал и купить абонемент на посещение. Повезло, что Саша согласился. Оставалось дождаться реакции лучшего друга. Надеюсь, он будет рад.
— Без проблем, Баранова. — Ланцов уверенно забирает мою ношу.
— Мой сильный спаситель, твои заслуги не забуду. — иронизирую, пока идём к его Киа, которая была припаркована на другом конце двора.
— Давай тоже помогу. — Ланцов тянет руки, чтобы забрать чемодан Веры, который тормозил о снег. — Не привык, когда девушки тяжести таскают.