— До отправления восемь минут. — объявляет проводница.
— Вик, мы в купе будем.
Подруги запрягли Зубова заносить вещи. Он с радостью согласился, не упустив возможности подколоть Ромку.
— Постараюсь приехать на день рождения мамы. — Колесников водит пальцами по моим щекам, стирая слезы. — Позвони, как доберешься.. Только не смей избегать, а то я тебя знаю.
— Всё так сложно, Ром. — едва могу произнести, не впадая в истерику, а за спиной уже объявляют, что пора садиться. Привстаю на носки, быстро целуя в губы, не зная к чему это приведет, но он отвечает. Такой горький, скомканный, смешанный со слезами поцелуй впервые.
— Расстояние: версты, мили… — Ромка цитирует тот самый стих, с которым мы прощались дома, касается моего носа большим пальцем, и кивает головой, что пора.
Колесников провожает взглядом, не обращая внимание на Зубова, который что-то пытался от него узнать. Поезд отправляется, а у меня сердце не на месте, и в голове хаос. Едва дохожу в купе, в котором начинает трясти не по-детски. Прошлое прощание далось мне легче.
— Я за чаем. — Надя выходит, закрыв за собой дверь.
Ко мне подсаживается Вера, гладит по голове, пытаясь успокоить. На телефон, пока еще есть связь, приходит сообшение. Не хочу смотреть, но Туманова улыбается и говорит, что мы обе знаем от кого оно. Надя возвращается с чаем и тут же занимает место рядом.
— Расскажешь, что чувствуешь? — Майоровой бы в психологию с ее подходами. — Не хочу про парней говорить.
— Мечтаю ничего не испытывать. — проговариваю сквозь слезы. — И контроля над собой нет, а значит до болота недалеко.
— Это у меня контроля нет! — апеллирует Вера, пытаясь меня отвлечь. — Себе обещала, что пить больше не буду, а тут один коктейль за другим. Так стыдно перед вами.
— Вера, ну ты то куда? Все мы хороши. — Надя обнимает нас крепче, и меня накрывают эмоции еще сильнее. — Калькулятор скачала, удалю сейчас же. И вы из головы выкиньте все плохие мысли.
— Трекер скачаю, чтобы вести подсчеты, сколько не пью. — Вера становиться более оживленной. — Да, Москва достала из нас всё самое потаенное, вывернула наизнанку.
— И половину наших желаний не выполнили, придется наверстывать дома. — констатирует Надя, пытаясь поднять наш боевой дух.
Благодарна девочкам за их чуткость. Они не пытаются вывести меня на чистую воду, не заводят разговор о парнях и планируют, чем займемся, когда вернемся. Майорова достает ноутбук, отвлекая мелодрамой, название, которой решила не запоминать. И в сюжет не погружалась, витая в своих мыслях.
Первым делом отправлюсь к маме, а там Алисе напишу по поводу экзаменов, да и на работу нужно будет выходить. Буду налаживать все сферы, с которых сместился фокус на лучшего друга.
— Вик, можно у тебя кое-что узнать. — издалека начала Вера, когда мы остались вдвоем.
— Мне нужно бояться?
— Это мне скорее… — Туманова выглядит максимально встревоженной, и глаза у нее бегают ни на одной точке остановиться не могут. — Я с Гришей общаюсь…
— Ланцовым?
— Да, и … — Вера губы поджала. — Он меня на свидание зовет, а вы же с ним целовались. Как-то неудобно перед тобой, потому что дружбу рушить не хочу.
— Клятвенно заявляю, что никаких чувств к Грише нет, мы общаться начали только из-за ремонта. Наоборот буду рада, если с ним куда-нибудь сходишь, такой парень пропадает. Золото! — начинаю рекламировать своего одногруппника, чуть ли не смеясь. — Он тебе понравился?
— Прозвучит по-детски, но Ланцов на моего папу в молодости похож. Гриша написал, когда мы в поезд сели, извинился еще раз за свою фразу про бабушку. — впервые вижу, чтобы у Тумановой так глаза горели, да и улыбка с лица не сходила. — С новым годом поздравил и узнавал постоянно, как дела. Окончательно покорил, написав, что, когда увидел впервые, у него внутри всё перевернулось, будто меня искал всё это время и наконец нашел. Возможно, лапши на уши повесил, а я и повелась.
— Он не такой, Ланцов самый порядочный из всех моих знакомых, и точно не врал. — сама начинаю радоваться, хоть у кого-то всё в этой жизни понятно, да и пазл сложился.