— Ромка, наконец, приезжает послезавтра. — продолжаю диалог, боясь, что мы можем зайти в тупик. — Ужасно хочу его обнять.
— Саша сказал, что у твоего ненаглядного талант к фото, а он отказывается это видеть. Реализованный им фото-проект принес кучу денег компании.
— Колесников сам себе на уме, поэтому пока он не захочет, то не возьмется.
Надя выбирает цвет помады, чтобы я закончила образ. Это был легкий в розовых тонах и с блеском макияж, который очень ей подходил. Майорова осталась довольной своим преображением и осталась ждать, пока я соберусь.
До похода в бар было принято решение отправиться ко мне домой на такси, потому что на улице начиналась метель. Подруга предложила снять совместное видео со сборами. Надя легко генерировала идеи, чему могла позавидовать. Всю дорогу она рассказывала про подарок от Саши — курс по маркетингу. Зубов тратил баснословные деньги, и Майорова пребывала в шоке от такого проявления чувств, тихо называя его “мужчина-мечты”. Точно должна сказать, что его язык любви подарки.
Надя отказывается от приготовленных бутербродов, но с радостью берет из холодильника апельсиновый сок. Подруга рассказывает о своей работе, о мысли перестать быть репетитором, но она готовила двух школьников к этому ненавистному ЕГЭ.
— Саша хочет взять в помощники, когда приедет сюда. — хвастается она, и глаза ее так горят только от упоминания Зубова. — Я ведь думала просто поиграть с ним, а по итогу влюбилась до одурения.
— По твоим рассказам он тебе в этом не уступает.
— Ага, будто мы друг у друга на крючке. Боюсь правда, что конфетно-букетный период закончится, и тогда мы разругаемся.
— Ты утрируешь и паникуешь раньше времени. — пытаюсь подбодрить Надю. — Идем готовиться к вечеринке. Я себе такой корсет заказала!
Надя смеется и идет следом за мной в комнату. Тут и начинается магия, когда мы выбираем друг другу наряды. Майорова берет у меня черный топ и кожаную юбку макси, а я выбираю удобные и любимые синие джинсы с красным корсетом, чтобы образ был не слишком базовым. И пока мы одеваемся на камеру меня не покидает мысль, что я героиня какого-то сериала. Дополняю образ красной повязкой и отправляю воздушный поцелуй в камеру.
— Я так люблю сборы с тобой! — визжит Надя и бежит меня обнимать. — У меня не было лучших подруг в школе и в универе, и так ценю нашу дружбу.
— И я. — обимаю Майорову в ответ. Выглядим мы и правда как звезды.
До бара было принято решение добираться также на такси. Метель за окном не прекращалась, в авто играла радиостанция 1FM, что вызвало ухмылку. Майорова без остановки с кем-то общалась, пока я смотрела в окно, наблюдая за меняющимися пейзажами. Родной город не вызывал восторга, внутри было только равнодушие. Возможно, после учебы променяю его на другой.
Быстро вылетев из такси, со смехом добегаем до бара, чтобы не испортить внешний вид из-за снежных хлопьев. В гардеробе меня не покидает ощущение слежки. По спине проходят мурашки. Ищу глазами вокруг, но никого не замечаю. Надя тащит меня к охране, берет себе красный браслет, а мне зеленый.
— И в чем отличие? — бурчу я.
— Зеленый — готов к знакомствам, а красный нет. — лукаво отвечает подруга и уже ищет места глазами.
— Мне хватает знакомств.
— Вик, да у тебя сплошная “передружба и недоотношения”. — отмахивается Майорова и уже успевает тянуть меня к столику. — У тебя завтра какие планы?
— А что?
— У меня выходной, поэтому хочу напиться со своей лучшей подругой.
— Работа вечером, а пары пропущу. — поворачиваю голову в сторону, ощущая чей-то взгляд на своей спине снова. — Давай начнем с настоек.
— Уже заказываю. — Надя ходит к стойке, оставляя меня одну за столиком.
Беру руки в телефон, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. На дисплее сообщение от Колесникова “Чем занимаешься?”. Пишу быстрое “Сижу в баре. Надя затащила. План напиться до беспамятства.” Майорова возвращается с шестью стопками, глаза ее блестят.
— Взяла набор из фруктовых. — она ставит их на стол, и насчет три начинаем их залпом опустошать. Первая оказывается какой-то горькой, а вторая уже сладкой с привкусом арбуза.
— Я отойду в туалет. — встаю со своего места, голова немного кружится, а щеки уже горят.