Я возвращалась в столицу.
Ночью ехать еще скучнее, чем днем. Вообще ничего не видно. Можно и подремать.
- Эва, я хотел попросить тебя об одной вещи... - начал неуверенно чемпион. Наше общение велось через зеркало заднего вида.
- О какой? - спросила я, кутаясь в меха. Не сказать, что в непритязательном салоне было холодно, но все же шубка дарила ощущение комфорта и уюта.
- Помнишь, мы пытались завязать... отношения, - выговорил с заминкой Петя.
- Помню.
- И ничего путного из затеи не вышло. Без взаимных обид, да?
- Конечно.
- Как я понял, после "Вулкано" ты и Мелёшин... У вас серьезно?
- Не знаю.
Честно, не знаю, поэтому не скажу и не похвастаюсь Когтем Дьявола. Шатко всё. Слишком много "если бы да кабы" сплелось в клубок, который не распутать. Остается резать.
Получается, чемпион знает обо мне и Мэле. Ничего удивительного. Ведь они общались перед тем, как Петя предложил принять долг. А я не удосужилась задуматься, поговорили ли они по-мужски, и какие слова подобрал Мэл для наших с ним отношений.
- Серьезно или нет с Мэлом, но ты прав. Мы с тобой пытались, и у нас ничего не вышло. Это судьба. Зато можем остаться друзьями.
- Да, друзья - это хорошо, - отозвался спортсмен. - Понимаешь, я как бы... у меня появилась... словом, встречаюсь с одной девушкой...
- Ты?! И с кем же?
- Случайное знакомство на приеме. Вернее, в клубе, - ответил парень и отвернулся виновато к окну.
- А-а, это та, которая... - начала я и не договорила.
"Это та девица, что строила глазки в лимузине и подначила на драку с Танкером Громобоем?" - хотела спросить, но промолчала.
- Не переживай, Петь. Я рада за тебя.
- Спасибо. В общем, тут такое дело... Она вряд ли поймет, что у меня перед тобой долг... Понимаешь, ее отец - второй замминистра финансов...
Если бы я умела, то присвистнула, как охранники, оставшиеся в Моццо. Ничего себе, взлетел Петечка. Ухватил куш, как говорится. Везет в столицу дочку одного министра, а крутит шашни с дочерью другого высокопоставленного чиновника. И если кто-нибудь узнает о побеге из Моццо, фамилию спортсмена затрепят в прессе. "Дочь Влашека катается в обществе чемпиона по легкой атлетике. У них роман?" А если узнает пассия Пети, она не даст ему спуску и тут же укажет на дверь. И тогда плакали мечты спортсмена о высшей светской лиге. Возможно, глядя на дождь, он успел помечтать о том, что когда-нибудь будет отдыхать в Моццо.
Только сейчас, всмотревшись, я заметила изменения в облике парня. Чубчик исчез, стрижка стала другой - волосы подлиннее и вроде бы уложены. Одет в серое элегантное пальто... И держался Петя уверенно и солидно, пока речь не зашла о его зазнобе.
Ничего удивительного. Нужно соответствовать уровню, иначе птичка упорхнет демонстрировать глубокое декольте другим счастливчикам.
- Понимаю. Я тоже не заинтересована, чтобы о поездке узнали. Буду нема как рыбка.
Спортсмен облегченно вздохнул:
- Спасибо. Ты действительно не видишь?
И этот туда же. Удивительно, что не полюбопытствовал сразу.
- Да, - ответила резко.
- Извини.
- Проехали, - махнула я рукой и улеглась на сиденье. Сделаю вид, что нечаянное упоминание о слепоте затронуло мою чуткую страдающую душу.
Закрыв глаза, представляла, как приеду в столицу, как брошусь в институт, найду Мэла и поговорю с ним. В мечтах наша встреча заканчивалась как в сказке. Мэл находил неопровержимую причину своего странного поведения, и мы сливались в примиряющем поцелуе и в жарких объятиях.
Вдоволь нафантазировав, я переключилась на Петю и его красотулю. Интересно, искренние у них отношения, или один использует другого? И кто кого?
В попытках разгадать сердечный ребус чемпиона на меня незаметно навалился сон.
До пункта назначения поезд домчался затемно. Как оказалось, дольше ехать от железнодорожного вокзала до института, нежели из Моццо в столицу. Не успевала машина отстоять в одной пробке, как тут же пристраивалась в другую.
Пристукивая раздраженно ногой, я как бы между прочим выяснила, что зрение вернулось в прежнее состояние, и слух не нервировал остротой, как и обоняние. Наверное, организм стал восприимчив к жаропонижающим средствам, и необычная аллергия обострила органы чувств. А теперь она прошла.
Изо всех исчезнувших побочных действий я пожалела об утерянной гуттаперчивости мышц. Меня приятно взволновала неожиданная гибкость тела, а еще грациозность движений и легкая поступь, как у опасного хищника. Как у самки из сна. И как у родственников профессора, - вспомнился почему-то день рождения Альрика и компания гостей, пришедших его поздравить.
Выбравшись из автомобильных очередей, Петя въехал на городскую окраину. Подумать только, несколько часов назад я шлепала по лужам, а сейчас смотрю на сугробы и голые ветви спящих деревьев.
Сердце тревожно забилось. Впервые с момента бегства из Моццо меня одолели сомнения в целесообразности спонтанного порыва. Все-таки стоило объясниться с Мэлом по телефону или, на худой конец, устроить истерику перед медперсоналом и потребовать, чтобы парень приехал на курорт. И зачем я сорвалась с места, крайне легкомысленно и не задумавшись о последствиях? Впрочем, как всегда. Но что сделано, то сделано. Поздно отступать назад.
Петя остановил машину на обочине возле дыры в институтском заборе. А еще он заранее узнал расписание занятий у третьекурсников нематериального факультета. На этом долг чемпиона считался оплаченным, и я, подхватив пакет, помчалась по дорожке к зданию ВУЗа. Скрипящий под ногами снег и морозец, пощипывающий щеки, показались мне очередной сменой декораций к сказке "Из зимы в лето и обратно". Невидимый техник повернет рубильник, и вместо снега зазеленеет трава.
Время поджимало. Первая лекция грозила начаться с минуты на минуту.
И лишь взбежав по ступеням на крыльцо, я вспомнила. Здесь, в институте, работает или учится убийца, вынашивающий планы повторного покушения, и его приятно удивит мое возвращение в альма-матер безо всякой защиты. Мушка добровольно прилетела в лапы к злому пауку. Теперь я - слепая для всех, и любой желающий может незаметно бросить в меня заклинание.
Огромный риск, но нельзя разворачиваться и убегать в шаге от цели. Нужно дойти до конца, чтобы потом не ругать себя, упрекая в трусости.