И тут случилось чудо.
Распихивая локтями толпу, к столу выдачи приблизился... Мэл!
- Дай "Трактат о популярных снадобьях в средневековье", - сказал, обратившись ко мне.
Массы зароптали на повышенных и скандальных тонах, но Мэл осадил четверокурсника, который возмущался громче всех:
- У кого блат в архиве, тот и первый, понял?
Студенчество захихикало, закхыкало, но не стало выражать недовольство, а я сделалась, наверное, ярче алой папки, которую принес начальник, чтобы выдать очереднику.
Мэл получил заказанный трактат и, внаглую потеснив парней за первым столом, уселся нога на ногу, взявшись перелистывать странички. По-моему, он вообще не смотрел, что читал, а поглядывал по сторонам и на меня, отчего моя нервозность усилилась.
Наконец, терпение иссякло, и я бросилась к сумке, чтобы достать "Приму".
- Алё, ты почему не на лабораторке? Уже сдал? - спросила тихо, прикрыв рот и динамик рукой, и мой парень, сидевший в паре шагов за перегородкой, ответил по телефону, не таясь и без стеснения:
- А я с инспекцией.
Пауза была эффектной, как и мой ступор.
- Расслабься, - хмыкнула трубка. - Ромашка перенес сдаточную на вечер.
В присутствии Мэла на меня меньше пялились и не так активно обсуждали, занявшись тем, за чем пришли - изучением и анализом материалов. Сегодня и прощание с архивариусом состоялось по-человечески, не в пример вчерашней суете, и мужчина признал, что заданный ритм работы - наиболее благоприятный для здоровья и нервов.
При выходе из помещения я разглядела и омертвелый ствол обсыпальника, и оперившиеся нежными листочками кустики мыльнянки, и вообще, мне показалось, что жизнь не такая уж страшная штука. Ведь Мэл шел рядом и ограждал от неприятных новшеств.
Хорошести длились ровно до того момента, пока в холле, у одного из зеркал, я не заметила Эльзушку со своей белобрысой свитой. Девица, словно сошедшая со странички из модного журнала, смотрела на меня со снисходительным презрением, которое не истребил даже новый статус дочки министра, а болонки переговаривались и посмеивались, поглядывая в мою сторону.
Ну и пусть обсуждают мою личную жизнь в общежитии! - задрала я нос. Пусть завидуют. Я теперь с парнем, который первоклассный специалист по изучению удовольствий, как подметили однокурсники на одной из консультаций у Теолини. Однако статус повысился, а внешность осталась на прежнем уровне, - вздохнула тяжко. Нужно что-то предпринимать, и поскорее - для собственного спокойствия и уверенности.
В обществе Мэла чужое любопытство напрягало гораздо меньше. Думаю, приди я в институт в одиночестве, меня разорвали бы не слабее, чем Монтеморт. Взгляды липли, парни оценивали, девчонки обсуждали между собой, но в целом, народ сохранял дистанцию. Мэл же выглядел безмятежным.
- Отвезу тебя в банк, а потом заедем в "Инновацию". Обедать хочу, - заявил, когда мы подошли к раздевалке.
- Может, в столовую? - кивнула в сторону коридора, ведущего к общепиту.
- Забей.
- Неужели не наелся? - расстроилась я. Вроде бы завтрак был сытным, и Мэл не стал вредничать, отказываясь от еды. Может, ему не понравились бутерброды?
- Эвочка, - приобнял он меня, - запоминай: из довольного мужчины можно выжать что угодно. А когда он доволен? Когда сыт и когда...
Окончание фразы высказалось шепотом на ухо, вызвав очередную волну смущения.
Надоело! Значит, Мэл ставит меня в неловкое положение при всех, а я чем хуже? Нет уж, пусть и он когда-нибудь научится краснеть.
- Хорошо, Егорчик, где скажешь, - дразня, провела языком по губам и обвила шею парня руками. До чего же будоражила его небритость - словами не передать.
- А-а... то есть? - растерялся было он, но быстро опомнился. - Серьезно? Значит, где скажу?
- Угу, - сделала ртом бантик и послала воздушный поцелуй.
Надеюсь, получилось вызывающе, потому что Мэл сглотнул и уставился на мои губы. А те, кто тянут шеи и глядят - пусть завидуют. Это моя жизнь, и я делаю, что хочу.
- Ладно, - согласился парень и посмотрел на меня с хитрецой. - Скажу, что в машине... Не отступай, Эвочка. Слово - не птичка.
Ну, и кто из нас кого поддел: я - его или он - меня?
- Вот еще! Никогда не отступаю, - фыркнула, хотя пунцовые щеки в многочисленных зеркалах выдали меня с потрохами.
Коли пошла новая песня, буду выдавливать из своего мужчины то, что мне нужно.
- Егорчик, - продолжила в том же кокетливом тоне, и он благосклонно улыбнулся, - после банка хочу заехать в одно местечко и потратить немножко денежек.
Ну как, нравится игра?
- Можешь тратить, сколько влезет, но мои.
- Захватим с собой стилистку, ладно? - предложила я, улыбаясь призывно, впрочем, без уверенности, что Вива согласится.
Мэл не возражал. Попробовал бы он! От моего обаяния ему не укрыться.
Стилистка согласилась.
- Не проблема. Скатаюсь, - сказала, и в трубке что-то зашумело. - Предупреди минут за десять. Доставка туда и обратно за твой счет.
- Согласна. Вивочка, а можно как-нибудь почистить шубку?
- Ты в ней по трубам, что ли, лазила? - хихикнула девица и, сама того не ведая, оказалась стопроцентно права. - Приноси, поглядим.
Шагая под руку с Мэлом к выходу из холла, я ощущала загривком внимание студентов, прикованное к нам, но сильней всего давил взгляд Эльзушки, жегший спину.
Калитку оккупировала группа парней, и среди них мелькнула голова Макеса. Мэл перездоровался с каждым, а его пестроволосый товарищ кивнул мне, приветствуя, и при этом всматривался в лицо. Наверное, он удивился разительному контрасту между красавицей, посетившей прием, и серой крыской, закадрившей столичного принца.