— Я и не бывала. Отец не разрешал. Считал, что испортит мой характер, если начнет баловать и потакать капризам.
— И все-таки встречаешься с Мелёшиным…
Мой взгляд уехал в сторону. В институте ничего не утаишь. Одна большая деревня.
— Знаешь, что про него говорят? — продолжила соседка. — Когда Мелёшин узнал о твоем отце, то поклялся на спор, что обгонит остальных и отобьет тебя у чемпиона… у Пети. Всех перепрыгнул и оказался первым.
Оказывается, парни устроили соревнование, а я и не знала, что стала призом. Необычная сплетня.
— Аф, а был ли кто-нибудь кроме Мэла? Я пыталась завязать отношения с Петей, но не вышло. А других-то и не было. Получается, если бы не отец, на меня никто не обратил бы внимания. А теперь выясняется, что Мелёшин кого-то перепрыгнул. Тех, кто собрался на спор заводить выгодное знакомство со мной, так?
Аффа поджала губы, недовольная спокойной реакцией на свои слова.
— В общем, извини за то, что сказала в общежитии. Грубо вышло. Не нравится мне Мелёшин, как ни крути. Ты еще набьешь шишки и не раз пожалеешь, что не послушала советы знающих людей. Мелёшин развлечется и бросит тебя.
Я улыбнулась:
— Если не ошибаться, опыта не набраться. И у тебя не всегда было гладко с парнями.
— Но ведь не с морально убогим типом! У Мелёшина — ни совести, ни чести. А со спортсменом вы вообще здорово смотрелись и ворковали как влюбленные голубки. Он с тебя глаз не сводил.
— Неужели? — неприятно удивилась я.
— Да. Попали в камеры раз десять, не меньше. Он в курсе, что ты теперь с Мелёшиным?
— Наверное, уже знает. Петя сидел в отделении после драки в "Вулкано". Сегодня выпустили.
— Не может быть! — ахнула Аффа. — Он не пострадал? Ты тоже там была?
— Не пострадал. Мы ездили вместе. Кстати, идеальный Петечка уговорил поехать в клуб, хотя я собиралась домой. А потом Петя уговорил посмотреть подпольные бои. А потом началась драка, и он меня бросил, так что пришлось выбираться самостоятельно.
— Не может быть, — покачала головой девушка. — Не верю. Твой чемпион не такой. Он не мог.
— Во-первых, он не "мой". А во-вторых, полез на ринг из-за одной лохудры, которая была на приеме. А потом началась свалка, и мы потерялись. Я сама выбиралась, — пожаловалась, и глаза увлажнились. Петя вырисовался в роли предателя, бросившего спутницу на произвол судьбы, а над моей головой засиял нимб мученицы.
Аффа дернулась навстречу. Наверное, хотела утешить.
— Страшно было?
— Очень.
— Что же тебя Мелёшин не спас?
— Он бы спас, только не смог пробиться. А потом до утра искал по больницам и моргам.
Соседка впечатлилась.
— Ну… а ты так и поверила его байкам, — сказала менее агрессивно.
— Поверила. Аф, я больше не помешаю в общаге. Наверное, перееду к Мэлу.
— Ого. Скорострельно, — усмехнулась она, впрочем, без особой радости. — Трусиха. Когда грубят, надо отвечать в том же духе.
— Не умею, — заключила я с прискорбием. — Не могу.
— Значит, никто не злил. Жаль, если уедешь. Ты куда?
— В архив на подработку, — пояснила девушке, возобновив поиски номера Мэла в телефоне.
Аффа удивилась:
— Зачем? Неужели Мелёшин не против?
Пришлось соврать, чтобы худо-бедно оправдать эксцентричное поведение дочери министра, подрабатывающей за мелочевку.
— Я же заключила трудовой договор на определенный срок. Сессия закончится, и уволюсь.
Объяснение устроило соседку.
— Понятно. Пойдем до холла.
— Не могу. Мэл сказал позвонить и дождаться.
— Мелёшин дрессирует тебя как собачку, а ты не замечаешь. Без него уже и чихнуть не можешь? Боишься, что съедят? С Мелёшиным ты разучилась кусаться и стала мямлей.
— Не стала, — оскорбилась я на необоснованное обвинение, решив позвонить Мэлу по пути вниз, — и никто меня не дрессирует. Где хочу, там и хожу. Пошли.
— Ну, ты даешь! — присвистнул Мак. — Не ожидал. Круче Дэна повязался.
— По-другому никак, — объяснил Мэл.
Они столкнулись в холле и сидели теперь на опустевшем постаменте, отмечая мимоходом студентов, покидавших институт.
— Не знаю, поздравить или посочувствовать, — ухмыльнулся Мак и поддразнил: — Прощайте, девочки, пирушки, гоночки! Поскорбим молча.
— Эй, я еще не умер для жизни, — толкнул в бок Мэл.
— Женщины — ярмо, которое тянет нас ко дну, — не унимался Мак. — "Не гони, у меня голова кружится", "Давай не пойдем, там шумно", "Твои друзья плохо на тебя влияют", "Этот галстук не подходит к рубашке", "Дорогой, моя мама поживет с нами"…